Переводчица языкового управления Сейли Эринс столкнулась с провалом в карьере — единственным значительным сбоями после долгих лет безукоризненной работы. Теперь она — единственный человек, который не выполнил свой задание. Капитан Эринс бесила своей непогрешимостью и неуловимостью, а ее опасность была так велика, что вызывала уважение даже среди тех, кто обычно её ненавидел....
Но он молчал, согревая теплом объятий, согревая своей поддержкой, согревая собой…
И вдруг, скользнув губами к моему уху, едва слышно, почти беззвучно, спросил:
– Ты будешь помнить обо мне?
Чи…
Чи?!
Что?!
И я вдруг с содроганием поняла, что тот, кто без труда перехватывал даже нашу связь со Слепым, если только мы не использовали возможности подсознания, вполне… более чем вполне мог прослушать и мою беседу с Адзауро-старшим.
И если так подумать, то что он услышал?!
Слова главы рода: «Сегодня, на празднование дня рождения моего правнука Юмичи, съедется вся родня, а также император.
И мой ответ:
«Задача ясна».
А после снова слова Адзауро-старшего: «Сблизься с Акихиро».
И вот вопрос, если… а тут слово «если» уже едва ли уместно, но все же, если Акихиро все слышал, как он отнесся к моему сообщению: «Придешь ко мне?»
И ведь он сказал очень странно: «Я ведь только твоя работа, Кей»."
"И мой не менее странный, если рассматривать ситуацию объективно, ответ: «Ну… я люблю свою работу, Чи».
Я отстранилась от его груди, пристально посмотрела в его черные, почти неживые глаза и тихо-тихо ответила:
– Идиотом не будь.
В его глазах полыхнуло что-то жуткое, но я смотрела все так же прямо и спокойно, а еще очень хотелось улыбнуться, и в какой-то момент я действительно смотрела на него уже с улыбкой. Просто с улыбкой. Только с улыбкой.
А затем спросила:
– Моя комната прослушивается, Чи?
Он отрицательно мотнул головой.
Что ж, все равно мне следовало быть осторожнее, и поэтому, плавно толкнув его на кровать, я улеглась сверху, приподнялась на руках, закрывая нас обоих водопадом моих распущенных и еще немного влажных волос, и прошептала, глядя в его темные, такие темные глаза:
– Я плохой асс, Чи. Я тебе об этом говорила.
Наклонилась еще ниже, почти прикасаясь к его губам, и добавила:
– А скополамин на меня не действует.
И вот после этого я уселась на Адзауро, сложив руки на груди и победно глядя на того, кто, кажется, был серьезно потрясен, и спросила:
– Что ты подаришь Юмичи?
Акихиро ответил не сразу.
– Я бы подарил жилет. И каску. И… – Он умолк.
И я понимала причины, вызвавшие желание подарить такой подарок… Но!
– Короче, ты ничего не купил, – сделала очевидный вывод я.
И по его кривой усмешке поняла, что моя догадка верна.
