Переводчица языкового управления Сейли Эринс столкнулась с провалом в карьере — единственным значительным сбоями после долгих лет безукоризненной работы. Теперь она — единственный человек, который не выполнил свой задание. Капитан Эринс бесила своей непогрешимостью и неуловимостью, а ее опасность была так велика, что вызывала уважение даже среди тех, кто обычно её ненавидел....
Одно движение, легкое касание его длинных пальцев к прядям моих волос, всего лишь дотронулся, но у меня быстрее забилось сердце, а в глазах… в моих глазах все четче и четче становился его образ, словно осколки разбивающихся надежд вырезали его профиль в моем сердце.
Я отшатнулась, разрывая прикосновение, отвернулась, пытаясь скрыть чувства, которые… да, пожалуй, только слепой бы и не заметил, ну, в смысле, обычный слепой, а не тот, который всеми своими двумястами глаз наблюдал за каждым моим шагом.
«Кей…» – раздалось тихое в наушнике по личной, доступной только мне связи.
Дохлый дерсенг, как же это больно – делать вид, что все происходящее тебе абсолютно безразлично. Но я была превосходной лгуньей, и… кто, если не я?
– Юмичи, – я, согнувшись, заглянула под лестницу, – поможешь мне?
Малыш выполз из узкого пространства, поднялся, отряхнул свою форму, испуганно отшатнулся от Адзауро-младшего и спросил:
– Вам нужна помощь, младшая госпожа?
– И еще как! – заверила я.
И, схватив ребенка, утащила за собой туда, где появляться ему было нельзя, и об этом знали и я, и он, и даже слуги, которые сейчас сервировали стол.
– Младшая госпожа! – воскликнул распорядитель.
– И ключевое слово в вашем возгласе – «госпожа», – мило улыбнулась я.
Очень мило. Оскалившись практически. И оскал мой стал на порядок плотояднее, когда Юмичи увидел, что на каждом стуле для гостей лежит плеть. Кожаная черная плеть, прикрепленная к рукояти из красного полированного дерева. Я так понимаю, отполированного веками и поколениями."
"И малыш содрогнулся всем телом, а я…
– Да, Юмичи, с них мы и начнем. Собирай все и тащи сюда. – Я указала на каменную плиту у самого большого камина.
– А… – мальчик был в растерянности, – а что госпожа будет делать?
– Праздновать, Юмичи, сегодня мы будем исключительно праздновать.
Но ребенок смотрел на меня испуганными глазенками загнанного зверя… Он знал, он всё знал… всё и всех, ну, кроме меня.
– Мм-м, соревнуемся, ты и я, кто больше всех соберет плеток, тот получает… тот получает… тот получает…
– Что получает? – не выдержал Юмичи.
