Переводчица языкового управления Сейли Эринс столкнулась с провалом в карьере — единственным значительным сбоями после долгих лет безукоризненной работы. Теперь она — единственный человек, который не выполнил свой задание. Капитан Эринс бесила своей непогрешимостью и неуловимостью, а ее опасность была так велика, что вызывала уважение даже среди тех, кто обычно её ненавидел....
– Кей, – посмел вдруг этот назвать меня по имени, – а почему ты не кадет S-класса?
– Не прошла по баллам, – зло жуя жвачку и остервенело натягивая носки, ответила ему. – И тест на психологическую устойчивость завалила. Еще вопросы?
Адзауро-младший отрицательно покачал головой. Вопросы у него были, но он проследил за тем, как я жую жвачку, и каким-то образом осознал, что, если я жую, настроение у меня то еще. Неужели он способен оценивать чужое эмоциональное состояние? Странно.
Еще более странным было его тихое:
– Тест на психологическую устойчивость заваливают обычно те, кто подвергался насилию в детстве.
Надевая туфли, серьезно ответила:
– Чи, поверь, психология – явно не твоя стезя.
– Я ошибся? – вновь вскинул бровь наследник клана и неожиданно поправил: – Акихиро.
Теперь вопросительно вскинула бровь я.
– Ты невнимательно читала мое досье, – улыбнулся мне Адзауро. – Чи – имя, дающееся при рождении, и оно обычно включает в себя надежды на будущее ребенка.
Оторвать тебе голову? Да запросто!
Но едва ли мои устремления способствуют успешному выполнению задания.
– Аки-хиро, – повторила, пытаясь запомнить звучание.
– Перевести? – издевательски предложил Чи.
Буду так называть его исключительно из вредности.
– Разберусь! – гордо ответила я.
И мы свернули к первым воротам.
Поместье Адзауро представляло собой… крепость. Три окружающие основное здание стены, охрана по периметру, в которую наши, конечно, втиснулись, но даже они были вынуждены признать – в плане маскировки воины с Ятори их превосходили многократно. И все же лучше были мы. По той простой причине, что для нас не существовало границ, принципов, традиций и правил. Я сказала Чи правду – мы были крысами. Особой, правильно выведенной, практически неуязвимой и целостной стаей крыс.
– Знаешь, – вдруг произнес Адзауро, – мне всегда было интересно, существует ли любовь.
Я, прекратив всматриваться в обстановку, выискивая своих людей, с удивлением глянула на него.
– А тебе? – вопросил он.
– Абсолютно нет, – усмехнулась я.
– Думаешь? – вопрос с подтекстом.
– Уверена, – криво улыбнулась «жениху».
