Вот краткое описание с учетом ограничений: Столица в опасности, а героиня ищет способ защитить её. Несмотря на угрозы и личные переживания, она не сворачивает с пути, чтобы спасти город от потенциальной катастрофы. Каждый шаг становится новым шансом в ее стремлении найти решение....
– Поди к бялту, – ласково предложил он.
Глянув на тарелки на подносе, я понял: жизнь-то налаживается. Картошечка по-сельски с зеленью и чесночком, сочное мясо с изумительной золотистой корочкой, овощи на гриле. Салат из свежих помидоров и огурцов. Хлеб, намазанный маслом с икрой щуки. И красивейший кофейник, от которого даже сейчас можно почувствовать аромат кофе и корицы.
Готовить в Ридзене умеют. Каждый раз, заходя куда-то поесть, искренне поражаюсь: как при такой кухне тут все ходят на своих двоих, а не катаются колобками по узким улочкам?
Столичные жители быстро подхватывают веяния моды в любой сфере и тут же используют в своём деле.
Кристап плюхнулся напротив.
– Если я не ошибаюсь, кроме текучки, нам в ближайшее время ничего не грозит. Если бы не ушли на пенсию сразу четыре артефактора, то и нас бы не позвали.
– Не назначили, – поправил я. – У них же всегда списки приготовлены, если видят хороших спецов, то забирают к себе.
– Ясное дело, что не тыкают пальцем в небо, – фыркнул Кристап.
Некоторое время мы просто молча ели. Верно старшие говорят: во время еды не болтай, случится беда. Хотя бы потому, что можно испортить аппетит… или испортить себя и оказаться на койке лекаря.
– Жалеешь? – вдруг спросил он.
Я чуть не подавился от неожиданности.
Кристап попытался сочувственно похлопать меня по спине, но удалось увернуться.
– Жалею кого?
– Ага! Всё-таки кого!
– Кристап… – недобро начал я.
Тот изобразил полное непонимание на лице.
– Что говоришь, пан Орбас?
– Будешь умничать – получишь. – И показал ему большой красивый кулак.
Кристап сделал вид, что испугался, правда, продлилось это каких-то несколько мгновений, потому что ему быстро надоело.
– Можешь сколько угодно изображать камень каменный, но факт остаётся фактом. Ты скучаешь по Ядвиге. Она тебе нравится.
Только страшным усилием воли я сделал несколько глотков и при этом не поперхнулся.
Хотелось большего. И совершенно не выбешивали ни её неугомонность, ни занудный чёрный кот, ни плотоядный цветок у окна. Трогает мой безумно дорогой артефакторский стол – ради Ловкорукого. Решила перелезть через него – помогу.
