Более того, я начинаю чувствовать себя виноватой перед ним, словно моя обида – это пустой бабский каприз. А может быть, так оно и есть, и все мои страдания выеденного яйца не стоят?»
– Вы сегодня уезжаете? – спросила она вместо ответа.
– Да, вечером.
– Надолго?
– На пять дней.
– Когда вы вернетесь, я нарисую вам Готовчица маслом на холсте.
Заточный улыбнулся тепло и солнечно, сверкнув двумя рядами безупречных ослепительно белых зубов. Его желтые глаза вмиг превратились в два расплавленных золотых слитка. Никто не мог устоять перед этой знаменитой улыбкой.
– Можно, я вас поцелую? – спросил он тихо.
– Не надо, – так же тихо ответила Настя.
– Почему?
– Это может быть неправильно понято.
– Кем?
– Мной.
– Это не важно, – ответил с улыбкой Иван Алексеевич. – Главное, чтобы я сам правильно это понимал. А я понимаю это правильно, вы можете не беспокоиться.
Он осторожно коснулся сухими губами сначала одной ее щеки, потом другой.
– Я рад, что вы смогли перешагнуть через себя. Через пять дней я вам позвоню.
Он круто повернулся и быстро пошел к выходу из парка, хотя обычно провожал Настю до поезда метро.
ГЛАВА 9
Поднимаясь в лифте в квартиру Бориса Михайловича Готовчица, Настя все еще сомневалась в правильности того, что делает. Разумеется, просьбу Заточного нужно выполнить, тем более она обещала. Но вот таким ли способом?
После разговора с генералом подозрения в адрес психоаналитика сошли практически «на нет». Если его проверяли как возможного кандидата на работу в информационно-аналитическую службу в МВД, то в эту проверку в обязательном порядке входило и наружное наблюдение. Плохие, видно, попались наружники, если Готовчиц их срисовал, а может быть, он и в самом деле удивительно наблюдательный человек, обладающий великолепной памятью на лица. Так что уважаемый Борис Михайлович в этой части ничего не выдумал, просто так совпало, что до кражи за ним ходили люди из МВД, а после кражи, то бишь взлома, – частные сыщики, нанятые его супругой. Эту позицию следует еще уточнить. Пусть Готовчиц даст словесное описание тех двоих наблюдателей, которых он не опознал среди сотрудников сыскного агентства «Грант», а Настя потом попросит Заточного узнать, эти люди висели на «хвосте» у психоаналитика или нет.
Да и к убийству собственной супруги Готовчиц при таком раскладе вряд ли причастен. Одна из версий состояла в том, что частные детективы, осуществлявшие слежку за Готовчицем, наткнулись на кого-то, с кем он был связан криминальным бизнесом. Потому и убили Юлию Николаевну, чтобы не проявляла излишнего интереса к тому, к чему не следует. Но если Заточный утверждает, что Готовчиц чист, аки дитя невинное, то эта версия не выдерживает никакой критики и должна быть немедленно отброшена.