Автор
Я умер вчера — так начинается история Александры Марининой. Жизнь предстает здесь как бесконечная серия незначительных событий и мелочных забот, окруживших нас на протяжении всего времени, которое мы осознанно прожили. Теперь же этот день превращается в черту раздора между жизнью и смертью, когда стало неясно, где заканчивается одно и начинается другое....
– Не преувеличивай, – Настя поморщилась и взяла в руки тонкую пластиковую папочку. – Сейчас быстро рассортируем в первом приближении и поедем. Или ты торопишься?
– У меня ребенок болеет, жена совсем замучилась, несколько ночей не спала. Просила, чтобы я хоть раз пришел пораньше и дал ей отдохнуть.
– Так иди. Я сама справлюсь. Правда, Игорек, поезжай, будем надеяться, что уважаемый психоаналитик меня не съест.
– А вдруг это он жену… А? Не боишься оставаться один на один с убийцей?
– Да ну тебя! – фыркнула Настя.
Лесников взглянул на часы.
– Половина восьмого. Но ты точно не обидишься, если я поеду?
– Да точно, точно. Поезжай. Завтра увидимся.
Из кухни доносился звук передвигаемых стульев, хлопали дверцы навесных шкафов.
– Пойди взгляни, чего он там копается, – шепотом попросила Настя."
"Игорь быстро выскользнул из комнаты. В самом деле, нельзя было оставлять хозяина одного. Как знать, все ли бумаги убитой жены он собирается предоставить работникам уголовного розыска? А может, захочет что-то утаить?
Раздался грохот падающего стула, и Настя испуганно выскочила на кухню. На полу валялись папки, отдельные листы и опрокинутая табуретка, а хозяин квартиры молча стоял, опустив руки, и, казалось, не понимал, что происходит.
– Я вам помогу, – Настя наклонилась и принялась собирать бумаги. – Иди, Игорь, мы сами справимся.
Борис Михайлович опустился на колени рядом с ней, но ни одной бумажки с пола не поднял, просто наблюдал за Настей, ожидая, пока она все соберет. И даже не вздрогнул, когда за Лесниковым захлопнулась дверь.
– Простите меня, Борис Михайлович, я понимаю, что мои расспросы кажутся вам сейчас неуместными. И вообще мое присутствие вас тяготит.
– Какое именно? – спросил Готовчиц.
– Хотелось бы надеяться, что недолгое. Но тут трудно прогнозировать. Как повезет.
Он медленно поднялся с колен, поставил на место опрокинутую табуретку и сел.
– Давайте поговорим здесь. Не возражаете?
– Давайте. Сделать вам чаю? – предложила Настя.
– Да, спасибо.
