В новом томе «Я уже граф» Сириус Дрейк продолжает рассказывать о смелых планах и рискованных действиях молодого графа. Глава 23 открывает новые перспективы для главного героя, в то время как Глава 18 показывает тщательно спланированное противостояние, придавая повествованию острую нотку напряженности и предвкушения....
Кто кому мог изменить? Зачем Сергей Александрович поехал один в соседнюю область? И почему Александр такой скандальный тип?
Во многом сплетни, окружающие Александра, вышли из того времени. Сейчас же СМИ куда осторожнее.
За счет них издание улетело просто в облака и стало одним из самых популярных газет. Есенины не спешили комментировать самоляпные статейки.
Герцог чувствовал безнаказанность и влияние. Однажды он решил, что никто не посмеет тронуть его даже пальцем. Он же на короткой ноге с князьями и крупными промышленниками.
В итоге газета стала настолько популярной, что он мог одной статьей разрушить жизнь любого аристократа, стоило тому косо на него посмотреть. И все в рамках закона. Ну а что такого? Подумаешь, упомянул, что князя увидели в компании слишком молодых куртизанок? Конечно, потом оказалось, что это просто похожий барон. Конечно же, он выпустил опровержение. На последней странице, мелким шрифтом. Но было же? И не прикопаешься.
И с чувством того, что герцог занимается защитой общественных интересов, он решил разыскать еще малоизвестного публике младшего сына Сергея Александровича.
И в один прекрасный день, когда маленького Антона везли за город в окружении охраны, на дороге случилась авария. И пока гвардия рода пыталась освободить проезд, в суматохе какой-то прыткий парень подбежал к окну машины и, вооружившись магической вспышкой, способной пробить любое тонированное стекло, он умудрился сфотографировать юного княжича.
Дворецкий с охраной быстро скрутили негодяя, но пленок они так и не нашли.
Через несколько дней герцог собирался устроить настоящее шоу и запустить передачу в прямом эфире. Первый выпуск обещался показать Империи младшего Есенина.
Когда Антон рассказал эту историю впервые, Дима даже достал копию программы.
Начиналось все красиво. Герцог выступал ведущим, и главную новость оставил на конец передачи, чтобы собрать побольше людей у экрана.
Примерно на середине в кадр влез режиссер.
— Скройся, иначе уволю! — зашипел герцог.
— Это уже не тебе решать! — огрызнулся режиссер. — Читай.
Прямой эфир продолжался, а герцог читал бумаги.
— Ха, дамы и господа, тут написано, что князь Есенин меня увольняет! — хмыкнул герцог, рассмеявшись. — Что за болван?! Неужели он думает, что раз у него есть деньги и статус, ему все сойдет с рук? Давайте мы сейчас позвоним этому так называемому князю. У меня как раз, по чистой случайности, имеется его личный номер телефона.
