Жизнь заполнялась работой и домашними заботами, но глубоко внутри жила мечта об открытом волшебном мире. Наконец-то она решила стать реальностью: Я вернусь в мир принцесс и волшебников, где каждое мгновение стало бы настоящим сюрпризом.
Дойдя до шеи, расстегнула ворот рубахи и растерялась: у него там был металлический ошейник. Я посмотрела ему в глаза, он не походил на мазохиста, а только такие люди, по-моему, носят ошейники. Парень отвел взор, но до того я успела поймать в них нечеловеческую тоску.
— Давай сниму твое украшение, оно же доставляет столько неудобств, или оно тебе дорого как память? — спросила я молодого человека.
— Оно не снимается, — со злобой процедил он.
— Я попробую, вдруг у меня получится, — улыбнулась я ему.
"Бедный парнишка, ходить с таким ""украшением"", от этого у кого хочешь, характер испортится. Он удивился, но сопротивляться не стал. Как-то незаметно к нам подошел ближе наш бандит и с любопытством начал наблюдать за моими действиями. Стараясь не обращать внимания на зрителей, я ощупывала ошейник на наличие в нем застежки, как-то же его надели. Застежка все не находилась, тогда мне пришла идея поискать её с внутренней стороны. Я чувствовала себя неловко: сижу в интимной близости от молодого парня, ковыряюсь у него на шее, а он то краснеет, то бледнеет и жилка бьется часто-часто.
Наконец-то мне удалось нащупать небольшие бугорки на внутренней стороне ошейника напротив позвоночника. При нажатии на них палец начинало ощутимо пощипывать, как слабым электрическим током. Ну это нам знакомо и не страшно, в детстве мне несколько раз перепадало двести двадцать. Нажала сильнее, правую руку уже слегка потряхивало, вцепилась еще и левой рукой, и начала тянуть в разные стороны, разгибая ошейник.
— Это невозможно! Чтобы снять контролирующий артефакт, нужны три архимага! И то потом маг, с которого сняли ошейник, не всегда выживает! Невозможность контролировать магическую энергию убивает его! — он почти кричал, слезы текли у него из глаз.
— Что ж ты не сказал, что он тебе нужен? Хочешь, я обратно его тебе надену? — спросила я.
От моих слов парень отшатнулся, если бы смог, отпрыгнул бы, побледнел, захрипел и, кажется, начал падать в обморок. Но мне было уже не до него, потому что ошейник в моих руках ожил, завибрировал и начал нагреваться, чем очень напомнил вот-вот сдетанирующую бомбу.
