Жизнь заполнялась работой и домашними заботами, но глубоко внутри жила мечта об открытом волшебном мире. Наконец-то она решила стать реальностью: Я вернусь в мир принцесс и волшебников, где каждое мгновение стало бы настоящим сюрпризом.
— Как видишь, я уже замужем, и у меня нет желания становиться тебе настоящей супругой, можешь расслабиться. Я, вообще, не понимаю, к чему была эта паника? Не при детях будет сказано, но зато ни на одной из испорченных тобой девиц тебе не придется жениться.
Да, иногда я бываю злой, потом попрошу у него прощения, если будет себя хорошо вести.
— Хотел бы я посмотреть на того, кто женился на такой стерве, как ты, — решил оставить последнее слово за собой он. Вот же гад, извиняться не буду.
Мы бы долго еще пререкались, ни он, ни я не привыкли уступать, но вмешался Даян, сказав:
— Раз уж вы разобрались с браслетами, может, поедем в город и переночуем, как нормальные люди?
За горячую ванну и мягкую постель я согласна была потерпеть не только бубнёж новоявленного супруга, но и жалобы Аруку на меня и судьбу.
Я знала, что свадьба меняет людей в худшую сторону, но чтоб настолько! Из самоуверенного брутального красавчика Сайнур превратился в небритого ворчащего мужика, о чем я тут же ему сказала. Он заткнулся и до гостиницы мы ехали в тишине.
В гостинице мы сняли две смежные комнаты с ванной. Уже в номере мы с Сайнуром опять поспорили. Он намеривался занять комнату с двуспальной кроватью, мотивируя тем, что он за неё заплатил. Я же сказала, что все лучшее — женщинам и детям, то есть мне и Лии. На что он ответил, что как жена я могу остаться, а дети пусть спят в гостиной.
Все забываю, что он принадлежит к тому типу мужчин, за которыми должно остаться последнее слово.
Утро встретило меня не солнечными зайчиками и пением птиц, а чем-то мокрым и холодным. Сплю я чутко, особенно после блужданий по лесу, поэтому мозг еще только пытался проснуться, а тело уже вскочило в кровати, скидывая с себя мокрую тряпку.
— Ну, ты и горазда спать, уже полдень скоро.
— А нормально разбудить не мог? — закипаю я.
— Я мог бы разбудить тебя поцелуем, но, если помнишь, ты вчера отказалась.
— Если помнишь, — передразнила я его, — брак считается действительным не после надевания браслетов, а после первой брачной ночи. Вспоминай об этом всякий раз, когда захочешь влезть ко мне в постель.
