Автор
Осень приносит с собой неспешное великолепие — леса в наряде листвы, аптекарский кустарник расцветает яркими красками. Кристина бежала по тропинкам осенне-зеленого парка, где лето и осень деликатно перетекали друг в друга, оставляя после себя легкий аромат сухих листьев и теплые лучи заходящего солнца....
Да как он смеет ее судить? Кто дал ему такое право, указывать, что она должна чувствовать и как поступать? Он ничего о ней не знает и даже не удосужился это сделать, но стоит сейчас над ней как ангел правосудия. Только вот он не ангел. Он никто. Для нее он никто.
— Ты не понимаешь. — выдавила она из себя.
— Чего я не понимаю, Кристина? — яростно воскликнул мужчина. — Чего? Может того, что ты решила умереть и прихватить с собой все, что у меня было? Все, чего я с таким трудом добивался? Мой дом, мою работу, должность и в конце концов мою жизнь! Ты ведь прекрасно понимала, что делаешь! Кто-то ведь тебе рассказал, что в нашем мире нельзя просто так умереть, без последствий, особенно таким образом, который выбрала ты.
Кристина молчала, что она могла ему сказать? Извиниться? Но за что? Она ведь так до конца и не поняла, о чем он говорит. “Да идет он ко всем чертям!” — зло подумала она и отвернулась, чтобы не видеть его.
Молчание затягивалось. Кристина прямо затылком чувствовала его недобрый взгляд и понимала, что ничем хорошим он ей не светит.
— Одевайся.
На кровать упали небрежно брошенное белое платье из плотной ткани и мягкие белые туфли. Кристина удивленно посмотрела на него, но смолчала и сделала попытку встать. Задавать лишних вопросов не стала. Все равно не ответит. Оперлась на локтях, но не удержалась и снова упала на кровать, голова разрывалась, в груди жгло огнем, тошнота накатывала волнами.
Взглянув на Рэма, она увидела, что он стоит и неотрывно смотрит на нее тяжелым взглядом человека, принявшего решение. Он не сделал попытки помочь, просто стоял, скрестив руки на груди и смотрел на нее. Да и ладно! Она сама справится! Свесив сначала с кровати ноги, Кристина с огромным усилием села на кровати, откинув простыню, ее шатало. Тонкая сорочка задралась до талии и не скрывала нежного кружевного белья.
Недоуменно подняв брови, она встретилась с ним взглядом и ей показалось, что он слегка смутился и неспешна отвернулся к окну. “Показалось. Вряд ли эта особь умеет смущаться”. — подумала она про себя, пытаясь натянуть платье. Оно оказалось удобным, свободного кроя с широким поясом и довольно скоро она натянула его до талии.
