Непрошеные гости — кому же так насолил мой названный отец? А ведь этот артефакт с монстром, который теперь в моей крови, оказывается редким и очень дорогостоящим. Я сразу догадался, что это те же люди, которые меня напали на первом дне. Найти бы этих глупцов и разобраться, почему они решили манипулировать мной — уже не терпится....
— Хотя в этом деле лучше пораньше лечь, чтобы выспаться.
— Я тебе уже говорил, что у тебя слишком длинный язык?
— Девушки мне часто такое говорят, — хохотнул Дима. — А вот от парня я слышу это впервые.
— Мне кажется, тебе соврали, — кинул я в ответку. — Будь он реально длинным, ты бы не болтал, а работал им в другом месте.
— А ты хорош! — щелкнул пальцами Бердышев под общий смех компании.
На веселой ноте мы отправились к Маше на квартиру.
* * *Центральное здание ОМЗ (Организация Ментальной Защиты)
г. Москва"
"Юрий Станиславович весь день был на нервах.
Накануне она позвонила и обрадовала отца, что успешно сдала экзамены и сможет участвовать в отборе.
Она сказала, что позвонит вечером, и Юрий Станиславович постоянно срывался к трубке, когда звонили по работе.
В дверь постучались.
— Входи уже, Прохор, достал постоянно стучаться! — рявкнул начальник.
— Извините, привычка, — вошел в кабинет парень. — Вы просмотрели документы?
— Давай ты мне в двух словах, — он показал на кресло напротив. — Жду важного звонка.
— Из института? — улыбнулся Прохор. — Слышал у них сейчас…
— Молчи! — рявкнул Юрий Станиславович.
— Простите, — он прокашлялся и стал серьезным. — Поездка к Бердышеву ничего не дала. Трубецкой подтвердил, что он хотел купить у тридцать второго какую-то информацию о каком-то необычном человеке. Скорее всего, имеется в виду тот, который взорвался в машине вместе с нашим агентом.
— И все? — удивился начальник ОМЗ.
Он махнул рукой, и за спиной чашки пришли в движение. Банка с растворимым кофе вылетела из шкафа, следом бутылочка коньяка.
— Будешь? — спросил он у Прохора.
— Простите, Юрий Станиславович, мы же вроде на работе… — неуверенно сказал Прохор, глядя на бутылку дорогого коньяка, из которой коричневая жидкость тонкой струйкой полилась в чашку.
— Я твой начальник! Пей, это приказ! — Вторая чашка начала движение в сторону Прохора. — От одной чашки кофе ничего страшного не будет.
— Если только чуть-чуть, на донышке, — проговорил Прохор и показал характерный жест пальцами.
