То солнышко нещадно светит так, что хочется раздеться и гулять в майке и шортах, то подует холодный ветер с дождем. Народ на улице не мог предугадать подобных фокусов и поэтому, на всякий случай, надевал что-то более закрытое и брал с собой зонт.
— Н-да-а-а, неприятный ветерок, — поморщился Кощеев Филип.
По улице шла компания молодых людей. Все аристократы. Большинство из бывшего Питерского института: Баскаков, Волчков, Кощеев, Петрик, Багратионов и Старцева. В эту компанию также затесался Трубецкой Марк.
Собственно, они и в прошлом институте общались и дружили компанией.
Их всех собрал Николай. Для публики он был образцовым мальчиком, примерным студентом и отличным товарищем. Но это на первый взгляд.
Если кто-то ругался с ним и с его окружением, то с обидчиками случались неприятности: от разорения рода до неожиданного перевода в другие институты или отчисление без права восстановления.
Никто не хотел проводить параллели, списав все на случайность. Слишком мало доказательств, и на это закрывали глаза.
В КИИМе Коля планировал перейти на новый уровень: зарабатывать больше денег и заполучить больше власти.
Пусть даже не самыми честными способами. Но и что? Папа отмажет. Как всегда. Надо лишь сделать добрые глазки и попросить прощения. Это прокатит. Всегда прокатывало.
Они проигнорировали слова товарища про ветер и продолжили говорить о своем. Точнее говорил только Коля и иногда Марк.
Надо было обсудить детали работы подпольного рынка артефактов.
— Так ты говоришь, раньше был проход напрямую в Дикую Зону? Прямо в городе? — удивился Николай.
— Ага, но во время прорыва мне пришлось слить этот проход и теперь это территория Кузнецова, — кивнул Трубецкой. — Хотя, по большому счету, без разницы.
— Опять этот Кузнецов! Он что, всем городом владеет? — вмешался Иван Багратионов, но тут же получил испепеляющий взгляд со стороны Николая. Мол, не вмешивайся. — Все, молчу.
— Так ты хочешь, чтобы я показал тебе точки сбыта? — улыбнулся Трубецкой. — С какой стати?
Баскаков ждал этого вопроса, и на его губах заиграла улыбка.
— Я знаю, у тебя сейчас не самая хорошая репутация, да и положение в обществе покачнулось…
— Слышь! — перебил Трубецкой. — Следи за языком, и не причисляй меня к делам моего отца.
— Прости, — тут же поднял руки Николай. — Я не хотел тебя обидеть. Просто подумал, что мы можем быть полезны друг другу.
— И в каком плане?
— Все просто. Я бы хотел расширить ТВОЮ сеть сбыта паленых артефактов за счет оружия и брони. Есть у меня парочка идей.
