Автор
Я вышла из такси и поспешила к коттеджу, где устраивался праздничный банкет. Пропустила возможность купить простой винишок, вместо этого купила дорогой коньяк для друга мужа - известного Монолита Вадима Власова, который всегда превосходил ожидания.
Вадим занял водительское сиденье, завел двигатель и тронулся с места, тут же резко затормозив, когда Никита выбежал перед автомобилем, ударяя ладонями по капоту."
"– Глуши! – рыкнул он, глядя в лобовое стекло. – Мне нужно поговорить с женой, – перевел взгляд на меня. – Наташ, ты не должна уезжать без меня, я вызвал такси. Будет через двадцать минут.
Я отрицательно покачала головой.
– Ну, что мне делать? – Вадим повернул на меня голову.
– Ничего, ты не обязан… – я попыталась сказать, что ему не стоит вмешиваться в наши отношения, но он грубо прервал:
– Ты хочешь с ним разговаривать или нет?
– Не хочу! Конечно, не хочу, – выкрикнула я в ответ.
– Сиди на месте, – приказал он и, не глуша мотор, вышел из автомобиля.
Подошел к Никите, заговорил. Я не слышала слов, но по мимике и жестам было понятно многое. Мой муж… муж… Я поморщилась, мысленно повторив слово. Он наседал на Власова, в какой-то момент агрессивно толкнул его в грудь.
Власов спокойно отреагировал на выпад.
– Успокойся, ты делаешь только хуже! – эти слова я отчетливо слышала.
– Как я могу быть спокоен, если ты куда-то увозишь мою жену.
– Я только отвезу ее домой. А ты проспись и дай ей время прийти в себя. Понял? Ты ее пугаешь. Ты не в адеквате.
Ник бросил на меня взгляд.
– Понял.
– Отлично, отойди.
Власов вернулся в машину и тут же сорвался с места, выезжая с территории коттеджа.
– Я испортила тебе праздник, – произнесла я, обнимая себя руками и дрожа всем телом.
– Что? – спросил мужчина, мельком взглянув на меня.
– Я испортила тебе праздник, – повторила я. – Там остались твои друзья.
– Наташ, ты больная, – рыкнул он, резко входя в поворот. – Блядь, как же он промыл тебе мозги, – прошипел сквозь стиснутые зубы.
– Ты про Никиту? – спросила я. – Ты не удивился. Ты знал про любовницу? – я смотрела на мужской профиль сквозь пелену слез.
– Давай не будем об этом говорить.
– Да и так все понятно, – произнесла я, отвернувшись к окну.
Я не различала, проезжали мы дома или деревья, картинка смазалась, продолжая дрожать, словно оказалась раздетой на двадцатиградусном морозе. Тело ходило ходуном, а руки не слушались.
– Эй! Эй! – Вадим привлек мое внимание. – Что с тобой?
Было глупо отвечать, что ничего.
– М-м-мне плохо.
