В мире хаоса и неопределенности, она чувствовала, как её мир разрушается. Паника обрушивалась, но сердце новорожденного дитё внезапно взяло верх, открывая новые перспективы и вызывая глубокие изменения в её существе. Теперь она осознанно выбирала стать зеркалом этого нового себя, восставая из пепла своим решением....
Задыхаясь и неверяще тряся головой, я смотрю, как беззвучно открывается и закрывается её рот, как кривится в отчаянной ярости и страхе родное лицо, а сжатые кулаки раз за разом лупят по невидимой стене между нами.
— Вася, — всхлипываю, вскидывая руки, шаря ладонями про прозрачной преграде, чувствуя, как обжигает их холодом. Наваливаюсь на неё всем телом, надеясь прорваться обратно. Но меня отталкивает с такой силой, что я не удерживаюсь на ногах и шлёпаюсь на пятую точку, больно приложившись бедром об корягу.
А по ту сторону арки сестра прекращает бесполезные попытки пробиться вручную и теперь стоит, тяжело дыша и осматриваясь вокруг себя. Вот бросается куда-то в сторону и просто пропадает из виду, усугубляя ощущение нереальности происходящего, дикого контраста между тем, что здесь, и тем, что там.
Постанывая и пошатываясь, я неуклюже поднимаюсь на ноги, и тоже оглядываюсь по сторонам.
Медленно, едва переставляя ноги, обхожу её по кругу. Ничего не меняется. И с другой стороны в проёме тоже мой родной… мир. Безумная догадка накрывает паникой. Нет. Это дико! Это нереально! Так не бывает! Я сейчас проснусь в своей кровати…
Там мелькает движение, снова появляется Вася, на этот раз с огромной палкой, похожей на копьё и со всей дури пытается вогнать его в разделившую нас преграду.
