Кому, как не ему, беспокоиться о своём добром имени!
— Ты, шнурок, как сюда попал?! — попытался спустить полкана Спица, уверенный, что его телохранители сейчас более убедительно продолжат разговор с пацаном.
Однако оборванца грозный дядя не напугал. Не здороваясь с ним, шмыгая носом, он без робости обратился к Спице:
— Ты, что ли, будешь Сергеем Трофимовичем?
— А тебе какое собачье дело до Сергея Трофимовича?
— Если-ты не Сергей Трофимович, то я с тобой трекать не собираюсь, — невозмутимо огрызнулся беспризорник.
— Ты чего, сопляк, тут пылишь? — схватив подростка огромной пятернёй за плечо, пророкотал один из телохранителей Спицы. — Чего тут тебе надо?
— Мне Сергей Трофимович нужен, — пропищал мальчишка, уже начавший теряться от грубого обращения.
— Ну я Сергей Трофимович, что дальше скажешь? — снисходительно произнёс Спица.
— Мне один дядя поручил вам письмо передать. — Оборванец достал из-за пазухи запечатанный конверт и отдал его Спице.
Взяв у него конверт, на котором было написано: «Кернову Сергею Трофимовичу», Спица внимательно оглядел зал, но никого из интересующих его лиц не увидел. Потом остановился взглядом на беспризорнике, продолжавшем стоять около стола.
— Вали отсюда, чтобы я тебя больше не видел.
— Червончик дал бы за работу, — с цыганской наглостью стал клянчить мальчишка.
— Тебе за работу уже заплатили, — догадливо заметил Спица.
— А если и ты мне тоже заплатишь, то не обеднеешь, а сироту от голода на пару дней спасёшь, — не отступал подросток.
Достав из кармана пятьдесят рублей одной банкнотой, Спица отдал её подростку и, улыбнувшись, расслабленно пошутил:
— Сам был нахалом, но такого нахала вижу впервые.
— Спасибо, дядечка, чтобы у тебя в постели каждый день была новая куколка-девочка, — спрятав деньги в карман не по росту коротких брюк, пропел пацан и покинул ресторан.
На извлечённом из конверта листе бумаги Спица увидел машинописный текст. Не приступая к чтению письма, он самодовольно подумал: «Я так напугал Щербатого, что он стал меня бояться как прокажённого. Ведь Юрий Николаевич наверняка передал ему моё заверение, что я больше его не буду трогать, а он все равно продолжает меня бояться и не хочет встречаться. Ну и черт с ним, пусть боится. Мне его любовь не нужна, я не женщина. Лишь бы добросовестно работал на меня, не наглел, не умничал и не считал себя слишком деловым. Шестёрка всегда должна знать своё место и не выпендриваться. Сейчас почитаю, что он там мне нашлёпал на машинке».
Углубившись в содержание письма, Спица полностью отключился от окружающего мира. Телохранители, наблюдая за его мимикой, поняли, что Спица узнал что-то неприятное для себя.