Спецназовец по прозвищу Бешеный Волк считается неуязвимым. Но когда начинается охота на него самого, даже легендарному воину предстоит столкнуться с врагами, на которых нельзя положиться. Выживание становится единственным выбором в смертельной игре, где предательство подстерегает на каждом...
Раздел Chitat.online для книги «Я выбрал путь смерти» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Спецназовец по прозвищу Бешеный Волк считается неуязвимым. Но когда начинается охота на него самого, даже легендарному воину предстоит столкнуться с врагами, на которых нельзя положиться. Выживание становится единственным выбором в смертельной игре, где предательство подстерегает на каждом...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Спецназовец по прозвищу Бешеный Волк считается неуязвимым. Но когда начинается охота на него самого, даже легендарному воину предстоит столкнуться с врагами, на которых нельзя положиться. Выживание становится единственным выбором в смертельной игре, где предательство подстерегает на каждом...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Зачем вы заставляете меня раздеться?
— Хочу тебя проверить в работе. Действительно ты умелая в своём деле, как тебя хвалили твои подружки, или они просто меня обманули?
Ксения покорно поднялась, сняла юбку и застыла, стыдливо опустив голову. Это, безусловно, Таракану никак не могло понравиться.
— Ты, Ксеня, дурака не валяй и не корчи из себя недотрогу, а то я тебя сейчас пропущу через всех моих парней, которые сейчас отдыхают на берегу.
Поняв, что ей не избежать близости с Тараканом, Ксеня, молча раздевшись, так же молча удовлетворила все прихоти Таракана.
Довольный собой и исполнительностью Ксении, Таракан оделся, чего не позволил сделать Ксении, поправил на себе пояс и приказал девушке:
— Пошли со мной.
— Куда? — испуганно спросила Ксеня, забыв прикрыть руками свою наготу.
— Не бойся, не на Невский проспект, а в смежный отсек.
— Зачем я туда должна идти?
— Хочу тебе кое-что показать.
— Что именно?
— Сама увидишь и узнаешь. — Таракан взял Ксеню за руку и, преодолевая сопротивление девушки, потащил её за собой.
В смежном отсеке баржи стояла трехсотлитровая металлическая бочка. Именно к ней тащил Таракан Ксеню. Он потребовал:
— Посмотри, что в ней.
Девушка, заглянув в бочку, увидела на её дне трех крыс, которые, почуяв людей, с писком стали метаться по дну бочки.
Ксеня, вскрикнув, с ужасом отпрянула. Удерживающему её у бочки Таракану она, вся дрожа, сказала:
— Я боюсь этих тварей. Зачем вы меня заставили на них смотреть?
— Давай вернёмся на прежнее место и там продолжим наш разговор, — отпуская руку девушки, предложил Таракан.
Они возвратились в «кубрик». Таракан опять не разрешил Ксении одеться, не предложил присесть.
— Если ты и дальше будешь брехать, я тебя голой задницей посажу в бочку к крысам. Они голодные, а поэтому с аппетитом полакомятся твоим телом. Так что решай окончательно: или расскажешь всю правду о своей беседе со следователем, или идёшь четвёртой подружкой к крысам в бочку, — пообещал он.
«Если он так уверенно заявляет, что знает все о моей беседе со следователем, то зачем пытаться дальше его обманывать? Даже если бы он и не знал об этом, то все равно мне пришлось бы ему все рассказать. Лучше быть убитой, чем стать кормом для голодных крыс», — решила она обречённо.
В те моменты, когда Ксеня молчала или запись могла его скомпрометировать, Таракан выключал диктофон, экономя плёнку и батарейки.
— Я расскажу вам всю правду, без утайки, — заявила Ксеня.
Записав на диктофон рассказ Ксении, довольный своей прозорливостью, Таракан в виде платы за признание коротко промолвил:
— Можешь одеться.
И не без интереса пронаблюдал за процедурой одевания девушки. Приведя себя в порядок, Ксеня присела на стул.
— Что вы со мной теперь сделаете? — робко спросила она.
