В Ярмарке Мертвых Спецназовцев ждет читатель яростную историю о настоящих людях — тех, кто встает на защиту своей страны и свободы. Главный герой Махновский Алексей Георгиевич несет с собой тяжелую ношу памяти о потерянных товарищах, но выходит из кризиса, решившийся на невероятное — стать спецназовцем. В мире дикой боевой мудрости и непростых отношений он обретает нечто большее — веру в лучшее, став настоящим защитником своего народа....
К жизни в горных условиях наёмники менее приспособлены, чем чеченцы, поэтому они несли большие потери. Если мы чеченцев брали в плен, то за все время войны в Чечне я не видел ни одного случая, чтобы кто-то брал в плен наёмника. Как правило, мы их всех расстреливали на месте. Нас бесило, что кто-то на убийстве солдат надеялся заработать себе капитал. Были среди наёмников женщины-снайперы из Прибалтики, так называемые «Белые колготки». Солдаты охотились на них, как на зверей, ловили, насиловали, а потом казнили.
— Какая жестокость по отношению к женщинам, — укоризненно заметил Транквиллинов.
— Я, как и вы, тоже был противником таких издевательств над женщинами-снайперами, но они своей жестокостью к жертвам пробуждали в солдатах ответную изощрённую, звериную жестокость. Когда наёмники на собственной шкуре почувствовали, что вместо заработка они могут лишиться жизни, то, как крысы с тонущего корабля, разбежались по своим норам. Не стало ни батальонов украинских националистов, ни прибалтийских «Белых колготок», ни каких-либо других любителей лёгкой наживы.
— Не так уж много боевиков воевало с вами в Чечне, почему же вы с ними так и не смогли справиться? — поинтересовался Провоторов.
— В том, что боевики остались не добиты и не уничтожены, виноваты не солдаты, а чиновники из Москвы. Они заботились о чеченцах больше, чем о своих солдатах. Только боевики попадут в окружение, только осталось их добить, как сверху поступает приказ: «Боевые действия прекратить, отступить на исходные позиции, начать переговоры с боевиками».
— А разве у нас были боевики? — удивился Транквиллинов.
— Были, и притом много. На них-то, тружениках войны, и держалась боеспособность нашей армейской группировки.
— Чем же они отличались от обычных солдат?
— Прежде всего своим воинственным духом, умением воевать. А внешне они от обычного солдата мало чем отличались. Носили обычную камуфляжную армейскую форму, но на головы повязывали тёмного цвета косынки, на затылке стянутые в узел.
