Актриса Анна спасается бегством из особняка нового русского и случайно берет чужую машину. В автомобиле она находит почти миллион долларов и оказывается перед моральным выбором. Деньги могут изменить её жизнь, но цена этого решения может быть намного выше.
Не заставляй меня идти к бару, — пьяно протянул Михаил и протянул мне руку. — Будь хорошей девочкой. Дай, пожалуйста, бутылку.
Я протянула бутылку Михаилу и укоризненно покачала головой:
— Завязывай пить."
"— Завяжу. Как только, так сразу завяжу. Просто я очень устал. Нелепая смерть водителя, взрыв, исчезновение жены — не слишком ли большая плата за спокойную жизнь? Я хочу спокойно жить. — Михаил сделал паузу, словно тщательно обдумывал свои слова. — Я хочу мира и покоя. Хочу, чтобы была ясность… чтобы все было, как раньше. Чтобы мой дом, в котором мы жили с женой, опять стал жилым, теплым и уютным. Я хочу, чтобы в нем, как и раньше, было много гостей, даже «купленных», например, таких, как ты, чтобы все фотографировались, танцевали, веселились, пускали фейерверк. Я хочу владеть ситуацией. Больше не могу чувствовать себя ненормальным.
Михаил вновь выпил и посмотрел на меня в упор. Я с удивлением увидела у него на глазах слезы. Мужские, отчаянные слезы…
— А ты… ты одна из самых красивых и притягательных женщин нашего кино. Ты должна высоко держать голову, а боишься поднять глаза. Да большинство женщин мечтали бы поменяться с тобой местами хотя бы на час. Ты достойна самого лучшего в жизни, а сама теряешь эту жизнь из-за мужчины, который в общем-то не особо бережет твой покой и не уважает твои чувства. Не стоит расстраиваться из-за нечистоплотности и непорядочности людей, в этой жизни можно расстраиваться только из-за потери денег. А вообще знаешь, наверное, это звучит глупо, но я чувствую близкий конец.
— О чем ты говоришь? Какой конец?
— Кончается жизнь. Мы оба упустили свой шанс на нормальную спокойную жизнь.
Я встала, чтобы включить свет, но Михаил закричал так, что я невольно отдернула руку от выключателя.
— Ты что орешь-то? Напугал…
— Я же попросил тебя не включать свет.
— Почему? Я не хочу сидеть в темноте.
— Я каждый вечер сижу в темноте и пью.
— Очень жаль. Если ты будешь продолжать в том же духе, то скоро загремишь в психиатрическую лечебницу.
— Я не виноват, что после всего, что произошло, я возненавидел не только дневной свет, но и электрический тоже. Этот дом проклят.
— Раньше ты не уставал им восхищаться.
— Этот дом проклят потому, что у него окна на восток. А если свет с востока, то это говорит о проклятии. И как я сразу не сообразил, когда покупал этот проклятый дом? Все мои несчастья начались именно с того момента, как я его купил.
