В этой книге ты найдешь ответы на вечные женские вопросы, но с новой эстетикой и глубиной. Автор Юлия Витальевна Шилова раскрывает сложную и прелестную личность женщины в изобилии остроты и тепла, заставляя читателя окунуться в душу каждой героини на страницах.
Михаил взял бутылку текилы, сделал приличный глоток и в тот момент, когда в дверь стали громко звонить и стучать, закричал:
— Иду! Иду! И кого там нелегкая принесла!
А затем послышался звон битого стекла и раздались выстрелы.
— Кто вы и что вам нужно?
Это были последние слова Михаила, которые я услышала, потому что потом в доме воцарилась тишина. Через минуту послышались глухие шаги и еле слышные мужские голоса.
В кабинет вошли двое в черных масках. Я чуть было не заорала от ужаса и сжалась в комок.
— Тут никого нет.
— Да он был не один, а с бабой. Во дворе машина ее стоит.
— Ну и куда она подевалась?
— Да хрен ее знает, спряталась, наверное.
— Надо весь дом перевернуть.
— Так давай, переворачивай."
"Я положила голову на колени и стала внимательно слушать удары своего сердца. Десять, двадцать, тридцать… Ну и пульс! Еще немного — и сердце просто выскочит из груди. Мне казалось, что с таким учащенным пульсом не живут… Пройдя мимо шкафа, мужчины так и не удосужились в него заглянуть и ушли.
Не знаю, сколько времени я просидела в шкафу. Показалось, что целую вечность. Я даже не знала, останусь ли жива или меня отправят следом за Михаилом, не знала, кто эти люди и почему они хотят нас убить, да и не хотела об этом думать. В последнее время было слишком много вопросов без ответов. После моего согласия посетить эту злополучную вечеринку я все время жила в напряжении, зная, что жизнь моя может в любой момент оборваться. Вот и сейчас я сидела в этом шкафу и дрожала от страха.
Я уже мысленно попрощалась со всеми, кого знаю, пожелала всем доброго здоровья и удачи на тернистом и неспокойном пути под названием жизнь. Я подумала о Максе, что сейчас бы больше всего на свете я хотела припасть к его груди, разрыдаться и рассказать обо всем, что со мною произошло в последнее время. Я бы плакала громко и отчаянно и чувствовала, как крепко меня обнимают родные и сильные мужские руки. Он бы гладил меня по голове, словно маленькую, и говорил какие-нибудь ласковые слова.
