Автор
Девушка неожиданно попадает в мир дорамы в теле злодейки-сестры, которой по сюжету суждена ранняя смерть. Чтобы выжить, ей предстоит изменить судьбу, переписать историю и найти способ избежать трагического конца, который ждет её персонажа.
И я, цепляясь за экранный образ, не хотела признавать главное — жизнь намного длиннее шестидесяти четырех серий, и ее перипетии бывают куда путаннее самого сложного сюжета.
— Убирайся…
— Вей Лун…
— Убирайся! — рявкнул он. Его глаза приобрели красный демонический оттенок."
"Магическая волна подхватила меня, но прежде, чем я выбралась наружу, услышала его полный боли короткий крик. Этот звук буквально разорвал сердце. Стоило оказаться за пределами шатра — все моментально стихло. Может быть, внутри действовала какая-то заглушающая магия?
Солдаты, охраняющие вход, еще не появились. Гоушен поработал на славу с их отвлечением, так что я постаралась уйти побыстрее.
Надела вуаль и направилась к своей палатке.
Проходя мимо солдат, я старалась не привлекать внимания. Их взгляды заставляли напрягаться, но у меня был символ защиты — подвеска с печатью генерала.
Когда о появлении в отряде еще одной служанки стало известно, капрал Джан даже попытался возразить Вей Луну:
— Генерал, а если враг узнает, что одна из служанок все время таскает на лице вуаль, и воспользуется этим, чтобы заслать шпиона так же — скрыв его лицо вуалью? Как нам тогда его вычислить?
На это Вей Лун сунул мне круглую нефритовую подвеску с оттиском генеральской печати, которая теперь служила доказательством моей личности.
Я потрогала пояс, где она была закреплена, осторожно сжала, ощущая холодную поверхность.
Несмотря на то, что должность Лун получил недавно, он успел завоевать уважение солдат. Я видела, как он тренируется вместе с ними, не жалея себя, и всегда готов выслушать мнение каждого. В его шатре я заметила множество книг по стратегии и тактике. Наверное, именно поэтому, когда он приказал казнить старуху, никто даже не усомнился, что он в своем праве.
Едва дошла до своей палатки, меня перехватил Гоушен. Он только что не пританцовывал на месте от нервозности.
— Цай Няо, Цай Няо, ну как он? Вы заходили? Как у него настроение? Вы чего такая грустная? Неужели и в Вас он сапогом запустил? — зачастил вопросами.
— Нет, — покачала я головой. — Но, наверное, его сейчас и правда лучше не беспокоить. И… кажется, ты был прав, когда сказал, что с этой старухой не все так просто…
— Да? — просиял Гоушен. — Вот! А я что говорил! Мой хозяин и демона не обидит, а Мейлин про него таких плохих слов наговорила! — Он по-ребячьи надулся. — Госпожа Цай Няо, вы уж скажите ей, чтобы она так не делала.
