Автор
Я злодейка в дораме — книга, где фатальный миг убийства принцессы становится поворотной точкой в жизни главной героини. Вместе с Лю Ифэй она погружается в мир жестоких игр и дьявольских интриг, открывая для себя глубины своего сердца и всего существа.
Теоретически можно было рассказать и о попаданстве, скорее всего, демоница даже поверила бы, вот только пока Линь Мяо не спасет свое дитя, она по рукам и ногам остается связана с Повелителем демонов. Рассказать ей — все равно, что рассказать ему. А давать против себя такие козыри существу, которое предложило ему в рабство отдаться… так себе идея.
— Вещие сны? — ее голос был как ледяной ветер, пронизывающий до костей. На лице отразилось разочарование. — А я-то уж…
— Это девочка. У нее была игрушка — шар, а внутри ледяная роза и идет снег.
Линь Мяо замерла, ее лицо стало непроницаемым.
— Откуда? — спросила тихо, но в голосе звучала угроза. — Откуда ты это знаешь?
Из ее пальцев показались когти, она впилась ими мне в плечи и со всей силы тряхнула.
— Я же говорю! Видела во сне! Если хочешь услышать дальше, отпусти меня! — От боли из глаз даже слезы брызнули. Сумасшедшая! Да она мне кожу разодрала!
Линь Мяо выпустила мои плечи, но ее глаза оставались холодными и настороженными.
— Хорошо, — проговорила демоница наконец. — Рассказывай.
— Артефакт, в котором заключена твоя дочь, находится на цепочке на шее Повелителя демонов. Он носит его под одеждой.
В дораме Вей Лун во время битвы случайно смог сорвать артефакт. Тогда еще он не знал, что внутри, но благодаря этому Линь Мяо перешла на сторону главного героя.
— И как, по-твоему, я смогу забрать его? — нервно воскликнула демоница, опять выпустив острые когти и едва не вцепившись в меня снова.
— Он ведь доверяет тебе. И подпускает ближе всех. Неужели великая Линь Мяо не сможет ничего придумать? — демоны всегда падки на лесть, но в этом случае я даже не кривила душой. Демоница и правду была одним из самых искуснейших магов в этом мире. В конце дорамы она уступала по силе разве что Повелителю демонов, да главному герою.
Я заметила, что от волнения грудь Линь Мяо начала часто и высоко вздыматься, а сжатые в тугую полоску алые губы чуть побледнели.
Она с минуту переваривала то, что я ей сказала, но затем снова зашипела рассерженной змеей.
— Если ты обманула меня…
— Я говорю правду.
— Я выясню это, — она развернулась, призывая алую Ци. Видимо, собиралась оставить меня. Пришлось перехватить ее за рукав.
— Стой. Скажи мне про драконий глаз, что показал Владыка.
