Автор
Я злодейка в дораме — книга, где фатальный миг убийства принцессы становится поворотной точкой в жизни главной героини. Вместе с Лю Ифэй она погружается в мир жестоких игр и дьявольских интриг, открывая для себя глубины своего сердца и всего существа.
Ему бы таким голосом любовные истории озвучивать — все женщины были бы его.
— А как же сам император? Попробуйте устроиться к моему отцу, — широко улыбнулась я… и тут же дала деру, не желая и дальше вступать в полемику. — Идем, Мейлин, — развернулась и зашагала назад к своим комнатам.
— Принцесса, подождите… — попытался остановить меня Вей Лун, но стража отца преградила ему дорогу.
Едва мы удалились, как Мейлин зашептала на ухо:
— Но, принцесса, как же вы будете совсем без охраны?
— Принеси мне перо и бумагу.
Мейлин неопределенно покачала головой, но вслух ничего не сказала. Через какое-то время она принесла мне бамбуковый свиток и тонкое перо, тоже выточенное из бамбука. Я замерла, растерявшись — как подступиться к ним? Я всегда писала только автоматическими ручками.
«Интересно, если я тут такую изобрету, смогу получить патент?» — эта мысль заставила повеселеть. А ведь действительно, я знаю столько всего, что можно монетизировать! Электричество при желании можно получать в малых количествах и из соленой воды, и из овощей и фруктов. А прототипы механизмов делать даже из дерева. У себя дома я работала инженером на машиностроительном заводе, так что в смекалке мне отказать нельзя.
Размышляя обо всем этом, я бездумно обмакнула кисть в чернила и начала писать.
В этот момент до меня дошло: я не только писала на китайском, но и говорила на этом языке с самого начала. Это было похоже на какую-то функцию автоперевода, активировавшуюся в момент моего прибытия сюда. Но как это возможно?
И Китайски ли это вообще? Или какой-то свой местный язык?
В конце-концов мир этой дорамы хоть и напоминал древнюю азию, но был от нее так же далек, как и современность.
