Я знаю, на что ты смотришь — это драматический рассказ о женщине, чей самоуважение рушится под ножем постоянных обманов и издевательств со стороны любимого человека. Страх и боль тихо но надрывно плещут в каждом слове, создавая плотный атмосферу напряжения и безысходности....
— Вроде нет, — отвечает он, улыбаясь.
В последнее время, что бы я не сказала, вызывает у него улыбку. Может быть, у меня красный нос и желтые рейтузы? В чем прикол?
— Я сказала что-то смешное?
— Ева, не заводись, — усмехается Максим и меня бомбит все больше.
— Может, ты хотя бы скажешь, куда мы едем?
— Это сюрприз.
— Я не хочу сюрприз! Я хочу…
— Боже, дай мне сил пережить эти восемь месяцев, — тяжело вздыхает Максим.
Затихаю, обижаясь больше на себя, чем на него. Сама вижу, что беременность меня совсем не украшает, скорее, превращает в истеричную стерву, которой вечно все не так.
— Ева, — ласково произносит Максим, опуская ладонь мне на колено. — Расслабься, ведьмочка. Хорошо? Думаю, морской воздух пойдет и тебе и малышу на пользу.
Через несколько часов мы с Максимом подъезжаем к гостиничному комплексу, который, собственно, и столкнул нас. Я еще не была здесь, после возвращения в страну. С Мироном виделась в городе, а сюда как-то побоялась ехать.
Машину без проблем пропускают на территорию.
— Если захочешь уехать, только скажи.
Здесь много чего произошло. И плохого, и хорошего. И только мне решать, что из этого я буду просто помнить, а чем по-настоящему дорожить.
— Хорошо, — киваю я и выбираюсь из автомобиля.
Ранняя осень обнимает приятным ветром. Морской воздух щекочет нос, заставляя дышать глубже. Мне этого не хватало. Максим берет меня за руку и ведет к пляжу.
— Я думала, мы зайдем к Мирону.
— Чуть позже. Сначала поздороваемся с другим другом.
— С каким?
— Море скучало по своей русалочке.
Смотрю на синюю спокойную стихию, которая приветливо плещет волнами, и умиротворенно улыбаюсь. Я тоже скучала по нему. Шагаю вперед по едва теплому песку, который запрыгивает в сандалии. Ветер забирает все напряжение, оставляя лишь легкость.
Я рада вернуться сюда.
Правда, рада.
Чувствую родство с этим местом и душевный покой. Ничего меня не тревожит.
Останавливаемся с Максимом на берегу, позволяя прохладной воде омыть ступни. Он обнимает меня со спины, складывая руки на животе, и я накрываю их своими.
— Спасибо, — произношу я, глядя вдаль и не веря, что все так.
Что это моя жизнь. Что я счастлива. Что любима.
— Пожалуйста, — нежно отвечает Максим.
