Алиса Аллори взбесилась до такой степени, что почти выкинула дверь. Ее решение было обусловлено высокомерием мужчины, который оспаривал ее права на жизнь. Несмотря ни на что, она не вернется назад и ничего не изменит. Она выбрала свою дорогу, отказавшись от второго шанса начать всё сначала....
Кто знает, какой матерью буду я? Вдруг еще хуже?
— Она увидела, что зажглась черная звезда. Скоро и все демоны это увидят.
— А если мы не хотим? Мой ребенок — наследник Авразара, а не Нижнего Мира.
— Не тебе решать, — осадил Атея Алиайдан, — а твоему сыну и моему внуку. Я принял тебя, как родного сына. Принял твой выбор и твою жену. Для меня нет большей радости, чем знать, что мой род пополнился такими сильными магами. Я не сомневался, помогая тебе, и ты не смей сомневаться в своем ребенке.
— То есть вы уже тогда знали, что такое может случиться? — Мне было тревожно, и вместе с тем была благодарна Алиайдану.
— Конечно, Алиса. Знал и не сомневался, принимая в род Атея.
Сложно было осознать это, как-то навалилось разом, и выхода не видно.
— А теперь поговорим о Литане и Зейне. Десять лет назад, расставаясь с ним, каждая ведьма вернула кровь, которую он отдал после инициации.
"— Не нужно, Сицилла успела меня просветить до прихода вашей жены.
— Так вот, колбу с кровью ему вернули, соответственно, и от права последней ночи отказались. Но вот в чем дело… Не прозвучало ритуальной фразы отказа. И если в руках одной из ведьм окажется колба, данная ей когда-то, она может потребовать исполнения древнего закона. Если демон отказывается, его кровь обращается против него.
— Зейн колбы не уничтожил, — дошло до меня, — а ваша жена рассказала новость Литане…
— Он отдал их матери, полагая, что это сделает она. Когда сыну выдвинули требование, я поспешил к Руанне. Единственное, что я не понял, — мотив.
