Автор
В зимних сумерках тихий голос воскрешает давнюю ненависть к холоду. В маленьком, уютном кабинете с пастельными стенами и абстрактными картинами Татьяна Ивановна вызывает на разговор забытую девочку. Здесь нет меланхолии — лишь понимание и тепло, где открывается мир душевных секретов....
Парень словно испарился!
Мне становится обидно до чертиков! Столько вытерпеть и ни на миллиметр не приблизиться к истине! В абсолютном раздрае плетусь к себе и, позабыв о том, что нормальные школьники сейчас грызут гранит науки, сидя за партами, набираю Амели. Мне нужен совет. И только подруга не станет отговаривать меня от глупостей, а с радостью поможет утонуть в них с головой. Вот только Амели недоступна.
Растирая покрасневшее запястье, подхожу к подоконнику. Отодвинув тонкую занавеску, распахиваю окно и, подставив нос лучам майского солнца, смело закрываю глаза.
С опаской открываю глаза, но разглядеть, кому принадлежат приятные звуки, не могу. И все же чисто интуитивно отступаю от подоконника и наспех задёргиваю штору.
И, вроде, ничего интересного, одни и те же движения, выпады и удары, но я как зачарованная наблюдаю за происходящим, постепенно забывая о конспирации. Да и кому она нужна? Щеглов и Савицкий настолько увлечены тренировкой, что закричи я в голос, не услышат.
Горечь снова застревает комом в горле. Я пытаюсь понять, чем заслужила подобное отношение к себе, но в голову ничего не приходит.
