Автор
На пороге сорокалетия успешная Анна Ермолова кажется счастливой: красивый муж, престижный журнал, достаток. Но за блеском внешнего благополучия скрывается духовная пустота и ощущение отчужденности от собственной жизни. Когда в её мир входит человек, пробуждающий в ней давно забытые чувства,...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Яблоки из чужого рая» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
На пороге сорокалетия успешная Анна Ермолова кажется счастливой: красивый муж, престижный журнал, достаток. Но за блеском внешнего благополучия скрывается духовная пустота и ощущение отчужденности от собственной жизни. Когда в её мир входит человек, пробуждающий в ней давно забытые чувства,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
На пороге сорокалетия успешная Анна Ермолова кажется счастливой: красивый муж, престижный журнал, достаток. Но за блеском внешнего благополучия скрывается духовная пустота и ощущение отчужденности от собственной жизни. Когда в её мир входит человек, пробуждающий в ней давно забытые чувства,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он никак не мог снять эту длинную сорочку, которая путалась у нее в ногах, и неловко дергал ее то вверх, то вниз, пока вдруг не рванул так сильно, что тонкая ткань с треском разорвалась от ворота до живота. В темноте и тишине этот треск прозвучал резко, как выстрел. Христина тихо вскрикнула, но тут же, словно испугавшись, что обидела его этим своим вскриком, обняла Константина за шею и торопливо прижалась к нему снизу всем своим обнажившимся телом, горячо прошептав:
– Ничога, Кастусь, каханы мой, гэта ничога!..
Он и в самом деле невольно отпрянул от нее из-за этого вскрика. И тут наконец увидел не одни лишь ее плечи и грудь, которые только что были для него какими-то… всепоглощающими, а всю ее увидел, сверху и словно бы чуть-чуть издалека.
Она лежала под ним, беспомощная и как будто растерзанная – в разорванной сорочке, с растрепавшимися волосами, с голой грудью, которая теперь казалась слишком большой. Константин заметил, что, опираясь о подушку, прижал ладонью прядь Христининых волос, и понял, что ей, конечно, больно, но она ни за что ему об этом не скажет, а все будет повторять свое «ничога, Кастусь, каханы», что бы он с нею ни делал…
И это зрелище белого, бесстыдно им обнаженного девичьего тела, которое было ведь для него только телом, да еще и случайным, потому что пять минут назад он совсем не хотел его, совсем не его хотел, – подействовало на него как ушат холодной воды.
Он отодвинулся и сел на кровати, отвернувшись от Христины и обхватив голову руками. Христина молчала, и казалось даже, что она не дышит. Он тоже молчал и не чувствовал ничего, кроме страшного стыда.
Может быть, если бы не то, что пронизывало его сердце и тело – если бы не тоска по Асе, то он повел бы себя иначе. Война приучила его к постоянному ощущению сиюминутности жизни, и он давно уже не думал, что девичья невинность – это сокровище, которое мужчина должен оберегать. А зачем его оберегать – чтобы можно было с гордостью показывать после свадьбы испачканные кровью простыни? Да какие простыни, какие свадьбы, какая невинность, когда жизнь вокруг тебя вихрится смертельным вихрем и ты полностью во власти этого вихря и не знаешь, кому достанется твой завтрашний день – еще тебе или уже Богу!
Но он не хотел эту девушку, он просто ее не хотел – со всей ее нетронутой свежестью, и льняными косами, и белым молодым телом.
