Автор
Сердце молодой женщины переполняют самые яркие чувства первой любви. Ее мимолетное увлечение привело к глубокому страданию, когда она поняла, что его тайны оказались страшнее всего сказок. Теперь эта светлая память остается в темном тоннеле ее жизни, отпускание этого прошлого было непростым шагом....
Нет, я не желал никому подобного, но до остервенения хотел хотя бы раз почувствовать какого это при переходе через дорогу подтягивать за руку визжащего от счастья мальчишку и переносить его на другую сторону. Сажать на плечи под его звонкий смех и покупать долбаное эскимо на палочке. Наверное, я заслужил тонуть в этой зависти без права на амнистию. Задыхаться и носить маску присыщенного жизнью подонка, когда внутри всего одно желание — так же, как те, у кого хватает только на то, чтобы изредка сходить с ребенком в МакДональдс, иметь возможность читать на ночь сказки, слушать недовольства и капризы, играть в футбол и доставать из ушей песок после игр на детской площадке.
Только предыдущий опыт, из которого я вышел совершенно другим человеком, сломленным, треснувшим изнутри сковывал льдом. Что если опять все повторится? Никто не дает стопроцентной гарантии, что на этот раз ребенок родится здоровым. Жизнь такая тварь, что будет проверять на прочность пока не добьет окончательно. И если так произойдет, что со вторым ребенком случится нечто подобное, я этого не вынесу.
Сейчас это Лиля. Единственная девушка в моей жизни, от которой я бежал из-за противоречивых чувств, и от которой никогда не смог бы отказаться, потому что она одна привносит смысл и значимость в мою судьбу. И если после смерти Платона, я смог уйти от Киры, чтобы не сдыхать в этой агонии, то от Лили не смогу.
"Я вцепился пальцами в волосы и нервно всклокочил их. Из груди рвался звериный вопль. Двинул по рулю кулаками, и сжал его так крепко, что вены вздулись. Желание выдрать из себя панический страх становилось невыносимым.
Свернул тачку с дороги и резко дал по тормозам. Машину заполнял запах моего страха, а на стекла на улице тихо опускались огромные хлопья. Сердце с ноги выносило ребра. Я вышел на обочину, присел возле сугроба и набрав в ладони мокрый снег, умыл им лицо.
— Я никогда о тебе не забываю! — сказал тихо, и крепко зажмурился.
И не забуду. Ни на минуту, до конца своих дней. Но я очень хочу понять какого это быть счастливым с той, кто может подарить мне это долгожданное счастье.
