Изумрудные и золотисто-огненные лучи рассвета падали на поляну вокруг Юры Коломиеца, по секретной кличке Художник. Он проводил последнюю с ним тихую птицу восхищенными глазами, прежде чем она скрылась за верхушками дальней рощи. Прерывисто дыша, Юра толкнул Селиверстова локтем, и тот мгновенно очнулся от глубокой сна, испуганно заворачивая голову. Юра подавил желание спросить про запись, опасаясь потери момента....
Похоже, «Ядовитое жало» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он торопливо перебрал в уме различные варианты и браковал их один за другим. В затылке снова появилась легкая боль, и он тревожно прислушивался к ней. Он знал кошачьи повадки этой боли ― подкрадется мягко, ласково, а затем запустит коготки ― и хоть на стенку лезь. Не следует так перенапрягать мозг. А все‑таки какую еще ловушку можно придумать для гауптштурмфюрера? Психологическую… Это начштаба верно определил. Стоп! Кажется, подойдет.
— Товарищи, а если завтра из Кружно исчезнет какой‑либо полицай? Исчезнет, допустим, при весьма загадочных обстоятельствах?
— А что это тебе даст? — не понял комиссар.
— Мне — заботы по организации похищения, начальнику гестапо — уверенность, что мы затеваем против Кружно что‑то серьезное.
— Но полицай должен быть не какой‑нибудь паршивенький, а надежный для немцев, хорошо осведомленный? — счел нужным уточнить свою догадку Высоцкий.
— Возьмем караульного начальника или что‑то в этом роде.
— Сделаешь? — строго спросил Бородач.
— Должно получиться…
Комиссар лукаво взглянул на начштаба.
— Вот и наши два немца могут пригодиться…
— А что, капитан, комиссар дело говорит, — обрадовался Бородач. — Посылай Зарембу, а с ним Эрнста и Карла. Они среди бела дня любого полицая уведут.
Командир отряда хлопнул ладонью по карте. Это означало, что он принял решение.
— Так. Теперь как будто все на месте. План начразведки принимается. В основном! Вопрос о нападении на Будовляны будет решен в зависимости от того, как сложится обстановка.
— Федосенко я бы попросил.
— Вот как! Лучшего подрывника захотел. Не выйдет. Кого‑нибудь из раненых бери. Да хотя бы того же самого Москалева.
— Нет, Москалев не подходит.
— Почему это? — удивился Бородач.
