Изумрудные и золотисто-огненные лучи рассвета падали на поляну вокруг Юры Коломиеца, по секретной кличке Художник. Он проводил последнюю с ним тихую птицу восхищенными глазами, прежде чем она скрылась за верхушками дальней рощи. Прерывисто дыша, Юра толкнул Селиверстова локтем, и тот мгновенно очнулся от глубокой сна, испуганно заворачивая голову. Юра подавил желание спросить про запись, опасаясь потери момента....
Похоже, «Ядовитое жало» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Заремба посмотрел ей вслед, затем, приложив палец к губам, нагнулся к сидевшему напротив за столиком писарю, который не спускал с него любопытных настороженных глаз.
— Пан Стахурский, я приехал из Кракова. Я больше ничего не скажу пану о себе. Из Кракова — этого достаточно… И я задам только один вопрос: пана интересуют камушки?
— Для зажигалок? —с заметным разочарованием спросил полицейский писарь. Камушки для зажигалок были дефицитным товаром и ценились очень высоко, но все же спекуляция ими не сулила больших барышей.
Заремба посмотрел на писаря с сожалением, будто вдруг усомнился в его умственных способностях.
— За кого вы меня принимаете? Я говорю о драгоценных камушках, бриллиантах. Я спрашиваю: пана интересуют бриллианты и доллары, твердые и мягкие? Я имею в виду крупную сумму…
Чтобы еще больше ошеломить писаря, Заремба небрежным жестом вытащил из кармана брюк массивный позолоченный портсигар, щелкнул пружинкой, открывая крышку, и протянул его своему собеседнику.
— Пан курит? Прошу. Болгарские сигареты люкс, единственный недостаток — табак не очень‑то крепок.
Капитан Серовол знал, кого посылать на задание. Внушительный вид незнакомца, его манеры, тугой кошелек и золотой блеск портсигара буквально загипнотизировали Стахурского. С каждым мгновением воображение полицейского писаря распалялось все больше и больше ― бриллианты, доллары… Богатство находится где‑то здесь.
— Вы хотели бы найти покупателя?
Заремба бросил на писаря уничтожающий взгляд.
— В вашем Кружно нет покупателей, какие могли бы приобрести эти камушки даже за половину их стоимости, — сказал он, надменно вскидывая голову.
Услышав шаги за перегородкой, Заремба подмигнул писарю и добавил, будто продолжая разговор, затеянный совершенно на иную тему:
— Речь идет о бумагах, которые, как вы понимаете, не так уж трудно разыскать. Конечно, наследство невелико.
