Изумрудные и золотисто-огненные лучи рассвета падали на поляну вокруг Юры Коломиеца, по секретной кличке Художник. Он проводил последнюю с ним тихую птицу восхищенными глазами, прежде чем она скрылась за верхушками дальней рощи. Прерывисто дыша, Юра толкнул Селиверстова локтем, и тот мгновенно очнулся от глубокой сна, испуганно заворачивая голову. Юра подавил желание спросить про запись, опасаясь потери момента....
Похоже, «Ядовитое жало» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мама
ноги ему целовала, а он бил ее сапогами в лицо, требовал, чтобы она сказала, где прячусь я. Я все это видел, все перед моими глазами происходило. И то, как Федюк сперва в мать выстрелил, а потом в отца… Мои родители тоже знали, что я вижу их конец. И я тогда там, за досками, поклялся, что убью Федюка своими руками. Только я должен сделать это, иначе мне жить на свете не стоит. И стал я думать, как мне рассчитаться с Федюком. С этой мыслью и в отряд пришел. Не было дня, часа, чтобы я об этом не думал.
Орест Чернецкий взглянул на Серовола и Художника, по их настороженным глазам понял, что они сомневаются в чем‑то, понимающе усмехнулся.
— Признаюсь, воевал я в партизанах слабо и все только потому, что боялся: убьют меня раньше, чем я смогу Федюку за отца и маму отомстить. Это меня сильно сдерживало, правду вам говорю. В этом я виноват…
Чернецкий перевел дыхание, облизал запекшиеся губы, снова усмехнулся и продолжал в более быстром темпе, стараясь поскорей досказать свою историю.
— Придумал я план, достал у фельдшера Богданюка усыпительные таблетки — можете спросить у него, он подтвердит… Вот они, тут еще их много осталось.
Орест достал из внутреннего кармана пиджака помятую коробочку, раскрыл ее и показал таблетки.
— Тут как раз бой был в Будовлянах, а от Будовлян к моему селу всего шестьдесят километров, и я не то что дороги, а тропинки кругом как свои пять пальцев знаю. Кончился наш счастливый бой в Будовлянах, и я подался в свои Коровичи. Карабин свой спрятал. При мне был трофейный пистолет и три гранаты.
— Откуда твоя сестра знала, где будут гулять Федюк и Шельц? — прервал бойца Серовол.
— Знала… —помрачнел Орест. —Она была главной приманкой для немца, она должна была гулять там, напоить всех, а потом, как заснут, открыть двери и впустить меня в хату.
— Но ведь и ее могли напоить."
"— Так и вышло. Заставили выпить… Чуть было все не сорвалось. Галя вышла к дверям, а руки поднять не может. Насилу открыла дверь, а сама так и свалилась в сенцах у порога.
