В древней деревне среди песочных дорожек и шепота ночной росы разворачивается загадочная история предательства. Годов семьнадцатой девушка, чернявая как ночь, с любопытством вслушивалась в дикие звуки уходящей осени — плач людей, храп коней и гневные крики издали.
На шее каждого крепко сидело ярмо, двое из них молчали, боязливо опустив глаза (это те, которые заменяли пристяжных лошадок), а вот коренной «конь» был особенный. Он таращил полные ненависти глаза на Ягушу и мычал. У этого черта не было рта! Он явно зарос и даже рубчика не осталось.
– Так ведь это же… это же Архаик! – воскликнул маленький демон на левом плече ведьмы. – А как…
Демон что-то для себя уразумел и теперь с невероятным уважением и совсем другими глазами посмотрел на свою хозяйку.
– Прокатимся с ветерком, – предложила демону Ягуша.
В доказательство своих слов она хлопнула ресницами, хотя и пальцем не повела, и слева от дороги огромный кусок лесной чащи размером не менее версты в поперечнике с шумом провалился вниз, а на его месте образовалась еще одна пропасть, только теперь действительно бездонная.
– Какой замечательный пролом, – оценил Байталь и икнул.
– А, ну-ка, лодырь царя подземного, садись на место возницы, бери в руки сыромятные вожжи и плетку, – приказала демону прекрасная и одновременно страшная Ягуша. – Хватит задок мозолить на моем плече – пройдись-ка по спинам этих лошадок, чтобы им бежалось веселее. А ежели жалеть их будешь, тогда и для тебя горькая уздечка найдется…
Уговаривать упыря не пришлось.
Яга улыбнулась – сани тронулись и понеслись. Ведьма прикрыла глаза и задремала. Черти прекрасно тащили сани по возникающей спереди зимней дороге, которая постепенно таяла уже позади проехавшей спящей колдуньи.
А Вий Кромешник так и не решился ударить волшбой по приближающейся новоиспеченной хозяйке Тартара и всесильной богине Нави. Через часок-другой она прибудет в Черный дворец и, проснувшись, сама посмотрит Вию в глаза.
Черти запыхались, покрылись испариной, у «пристяжных» даже языки на бок вывалились, но сани до Черного дворца за пару часов докатили. Они последний раз качнулись и замерли.
