Автор
В старости люди часто задумываются о прошлом, искали его искренне, как единственную возможность найти ответы на неотвеченные вопросы. История "Яма" — это миссия возвращения к настоящему с извлечёнными из прошлого откровениями и любовью.
Прочитав послание, написанное на шелковой ленточке секретными письменами, Шараф благоговейно поцеловал легкую ткань, которой касалась рука Имама, и стал думать, как выполнить задание.
Как и все остальные шестьдесят рафиков Братства, Шараф все последние месяцы искал священную реликвию. Это его люди вышли на след Камня и отправили донесение главе лазутчиков, так что аль-Хатиб уже знал всё, что следовало знать."
"Несколько месяцев назад рыцарь Тео фон Дорн, маленький военачальник, командовавший отрядом крестоносных лучников, копал со своими людьми колодец неподалеку от городских стен и нашел круглый камешек размером с небольшую сливу, излучавший золотисто-розовое сияние.
В своем донесении Шараф предложил заплатить пятнадцать или двадцать тысяч. Похитить камень, конечно, легко, но это противоречило бы кодексу Братства. Злые методы позволительны лишь против злодеев и преступников, а немецкий франк (или франкский немец, один дьявол их, неверных, разберет) ничего плохого не сделал – наоборот, вернул миру великое сокровище.
Но приказ, записанный на шелковой ленте, предписывал изъять алмаз силой и с елико возможно большим коварством, ибо Оком Шайтана можно завладеть лишь шайтанскими способами, иначе оно не дастся в руки.
Об этом Шараф аль-Хатиб и размышлял. По части коварства он был великий мастер. Как лучше порадовать Шайтана, чтобы не чинил препятствий?
Мессир Аршамбо де Сент-Эньян стоял на коленях, благоговейно сложив руки. Его очи были полны слез, губы беззвучно шептали молитву. Хозяин дома, ошарашенный визитом столь значительной персоны, переминался с ноги на ногу, поскребывал пятерней волчью щетину на подбородке. Рыцарь фон Дорн вообще напоминал матерого волка: ходил на кривоватых ногах мягко, желтоватые глаза смотрели настороженно и немигающе, движения были скупы и обманчиво неспешны.
Великого воина Дорн видел вблизи впервые. Сент-Эньян, самый доблестный витязь крестоносного войска, покрывший себя вечной славой при взятии священного города, явился в глинобитный сарай, где Тео жил со своими лучниками, без предупреждения и с изысканной учтивостью попросил показать камень, о котором столько говорят.
