Автор
В старости люди часто задумываются о прошлом, искали его искренне, как единственную возможность найти ответы на неотвеченные вопросы. История "Яма" — это миссия возвращения к настоящему с извлечёнными из прошлого откровениями и любовью.
– Как выглядит сообщник!
И мы снова отправились на причал. Бригадира Бошана с нами, увы, уже не было, но, зная, что мы связаны с полицией, кассир отвел нас к таможеннику, встречавшему саутгемптонский пакетбот, прибывший вечером 1 января.
Портовый чиновник хорошо запомнил золотоволосого подростка в синей бархатной куртке, потому что пассажиры первого класса вызывают у таможни больше интереса, чем скромные путешественники второго и третьего.
И да, наше предположение подтвердилось! Юный англичанин прибыл не один!
– Гарсон был с родителем.
– И что у них было в багаже? – быстро спросил я.
– Ничего, что можно было бы обложить пошлиной.
– А имя вы не помните? – спросил господин. – Может быть, Джонсы?
– Нет, что-то более сложное.
Таможенник почесал щеку, покряхтел – но нет, не вспомнил.
Не очень получилось и с приметами «родителя» – только что лицо у него бритое, а тросточка бамбуковая.
Но на железнодорожной станции, куда мы наведались сразу после пристани, нам повезло больше. Наблюдательный папаша Плюрьен сразу вспомнил, что вчера в полдень на парижский поезд в вагон первого класса сел солидный мсье в цилиндре, с бамбуковой тростью и – бандзай! – с длинным свертком под мышкой.
– Вы же давеча спрашивали только про синее бархатное пальто, а этот был в сером макинтоше, – развел руками жандарм. – Как молодого Бошана-то жалко, а? Хороший был парень. Человек, которым вы интересуетесь, он что – причастен к убийству?
– Сообщник, – объяснил я и попросил описать пассажира во всех деталях.
Зрительная память у Плюрьена была отличная. Он сказал, что рост субъекта около метра семидесяти пяти, телосложение плотное, рот щелью – почти безгубый, глаза с прищуром, как у президента Лубэ.
Только что проку? Человек, увезший картину, уже в Париже, и, по русской поговорке, найти его теперь так же невозможно, как вернуть выдутый при свисте воздух.
– Эта рыба сорвалась с крючка и ушла в пучину океана. Когда ничего не можешь поделать, пожми плечами и иди дальше своей дорогой, – философски сказал я господину.
– Рыба-то ушла, но кусочек лески остался.
