Автор
В памяти главной героини хранится только одно имя - Ян. Она пожалела, что до сих пор помнит его имя, и не может забыть, когда оно стало общим для двоих. Пролог открывает мир героини: она приехала посмотреть на себя через другого человека — но чем больше рассказывает Шахову о себе, тем слабее становится. В этой истории любовь переплетается с нежданными переменами и глубоким чувством собственной неясности в жизни....
На столе замечаю огромную вазу с вымытыми фруктами и лекарства, а возле зеркала в прихожей не нахожу листок с адресом Зюзева.
Глава 15. Даяна
– Привет! – визжит неугомонная Зайцева и с объятиями бросается на шею. – Как ты?
– Всё хорошо! Хорошо! Задушишь же!
Моё вынужденное затворничество изрядно затянулось, и я безумно рада видеть Машу на пороге своей квартиры. За эти дни мне и правда стало намного лучше. Температура давно спала, горло прошло. Остался небольшой кашель, но и его я планирую истребить в ближайшее время с моей-то армией медикаментов.
– Как у тебя уютненько! – Машка небрежно скидывает кеды в прихожей и глазками-пуговками осматривает квартиру. – Всё-таки своё жильё – это круто! Слышишь?
Зайцева внезапно поднимает указательный палец в воздух и делает вид, что внимательно к чему-то прислушивается.
– Нет. Ничего слышу, – растерянно бормочу.
– Правильно! Потому что тихо, – улыбается подруга и, подхватив с пола небольшой пакет, медленно проходит вперёд, не переставая при этом трещать.
– Зато не бывает одиноко, – улыбаюсь Машке. Ей невдомёк, как от молчаливого одиночества порой хочется лезть на стену.
– Это да, – кивает и тут же показывает язык своему отражению в зеркале на стене.
Игривое настроение Зайцевой на глазах портится, а печальная улыбка выдаёт её с головой: разрыв с Егором всё ещё бередит девичье сердечко.
– Не помирились? – спрашиваю напрямик.
– Нет, Ян, мы расстались, – вздыхает с тоской во взгляде Маша.
Отодвинув меня в сторонку, она проходит на кухню и начинает выгружать из сумки гостинцы: несколько яблок, пакет сока и немного шоколада.
Смущённо пожимаю плечами. Который день неведомые мне курьеры привозят продукты в количестве явно превышающем потребности одного человека. А ещё цветы…
– Это всё Филатов, – произношу несмело, кусая губы. Больше некому.
