Вот описание для сайта-библиотеки с учетом ограничений: Путешествие по черным дебрям и манускриптам страшной беды. Мирный ветерок забывших о словах, руки за поясами - лишь черные ножны и холодное жало. А здесь ты встречаешь мир в тепле чужих узких коленей, где кажется все заповедями стран света....
А молоток не виноват, что твои руки вставлены не под тем углом, — хохотнул мужчина, сидя на корточках и с явным интересом покосившись на полуразрушенный дом, кажется, не заметив меня, прилипшей к оконной раме и осуществляющей наблюдение за этими двумя красавчиками, которые к роду людей относились едва ли. И явно знали друг друга, что лично меня очень сильно успокаивало, ибо ружье я так и не раздобыла, а завалить этого громилу одним шокером явно не получится.
— Чего застыли, как замершие вши самочки тюленя?! Вам пинка дать для ускорения, или самому метку поставить обоим?!
Мужчины говорили о чем-то еще быстро и приглушенно.
Если не выполню подписанные контракты, то платить придется мне…
Только одно успокаивало — все остальные обитатели поляны восприняли его совершенно спокойно, поэтому вроде как и мне можно было не дергаться.
Еще как готов!
Если начну придумывать — они почувствуют ложь.
— Хуже! — хрипнула я, понимая, что начинаю отчаянно бледнеть. потому что мы все ближе и ближе подбирались к тому, что скоро я должна буду рассказать все без утайки. И как я буду надеяться после этого, что Янтарь останется рядом, и все так же будет считать меня своей, крепко держа за руку?
Тот, что был старше, с сединой в черных волосах и с темно-зелеными глазами.
Странно, но отец и правда притих, когда стало понятно, что все эти чистокровные хоть и были совершенно из разных родов, но очевидно неплохо все знали друг друга, и забрели на полянку к Янтарю не просто так.
И быть может совершенно не зря, когда вздрогнула и застыла, дрожа от нервов, даже я, видя, как Палач сделал один плавный размеренный шаг к Кадьяку, чуть прищурив свои глаза и проговорив так низко и почти мурлыкающе, словно наслаждаясь каждым сказанным словом:
Думаю, что мужчины этого тоже не ожидали, когда все напряглись и застыли, как один, а отец вдруг ринулся к тому Кадьяку с жуткими глазами, который не дрогнул даже ресницей, продолжая всматриваться в Палача тяжело и пронзительно, словно на самом деле мог видеть даже его душу.
