В воспоминаниях прошлых лет Люциан уходит в собственную душу, где он переживает каждый новый сон как Элеонора. На этот раз его сопровождает темный принц — друг и противник Элеоноры. Здесь воздух тяжел и мрачен, а каждое движение завораживает своей загадочностью.
– Отдай цветы, чужачка! Ты не на своей территории, чтобы хозяйничать!
– Вот именно! – неожиданно поддакнула Элеонора. – Я здесь гость, к которому вы должны проявлять гостеприимство, а не пытаться обокрасть!
– Обокрасть? Это ты пытаешься нас обокрасть! – Длинноволосый посмотрел на своего друга. – Держи ее, – холодно приказал он.
Два вредных адепта окружили маленькую Элеонору. Она ахнула, не веря, что славящиеся спокойствием и миролюбием ученики Неба сейчас хотели зажать ее в кольцо, как дикие волки.
Когда короткостриженый подошел со спины, а длинноволосый потеснил спереди, вытянув руки, чтобы схватить ее, кто-то третий дернул Элеонору за запястье, вытащил из западни и поменялся с ней местами.
Темный принц отбил чужие ладони парой быстрых движений, отчего адепты Неба взвыли, словно им переломали кости.
– С каких пор поднебесников учат быть задирами? – Кай склонил голову, наблюдая за скулящими от боли противниками.
Элеонора застыла, глядя на темного принца, который в ничтожные тринадцать лет мановением руки раскидал двух старших.
– С каких пор полуночников учат совать нос в чужие дела? – парировал короткостриженый.
– Не я виноват, что вы спорили так громко, что привлекли мое внимание. Говорили бы тише – я бы мимо прошел.
– Заткнул бы уши, чтобы было тише, – оскалился длинноволосый.
Кай в ответ обнажил клыки.
– Слишком много чести, – выдал он и развернулся в сторону выхода из сада. Элеонора оглянулась, увидев там Ксандра. – Если еще раз прицепитесь к кому-то из клана Луны, ваши руки точно будут сломаны.
– Да какое тебе дело до нее, полуночник? Чего ты привязался? Хочешь поединка?
– Поединка? – Кай хохотнул, не замедлив шага и не обернувшись на оставшихся позади собеседников. – Я не дерусь с теми, кто мне уже проиграл, – закончил он, а Элеонора тем временем юркнула в кусты, чтобы скрыться.
«Сколько спеси, молодой господин, – думала она, пробираясь между ветвями. Она начала злиться на Кая даже больше, потому что не могла смириться с тем, что ненавистный враг оказался спасителем.
