В воспоминаниях прошлых лет Люциан уходит в собственную душу, где он переживает каждый новый сон как Элеонора. На этот раз его сопровождает темный принц — друг и противник Элеоноры. Здесь воздух тяжел и мрачен, а каждое движение завораживает своей загадочностью.
– Это рисунок и благовония с соответствующим ароматом, а не реальный сад, – сухо сообщил Морион. – Иллюзия не магическая, но нарисована мастером, и если взглянуть с другого ракурса, – он отошел в угол комнаты, – она ломается. Пойдемте проверим другие помещения, здесь ничего нет. – Морион вернулся в коридор.
– Ничего нет, как же. – Абрам молниеносно подскочил туда, где только что стоял бессмертный. – Да такую вещь еще придумать надо! Я вижу рисунок, вот это да! – Он сделал десять шагов вперед и, вместо того чтобы погрузиться в растительность, врезался лицом в стену.
"Люциан, понаблюдав за ним, переглянулся с Эриасом. Они оба с трудом удержались, чтобы не вскинуть брови. Нечасто можно было увидеть что-то столь удивительное, но при этом не магическое.
Заклинатели доверились чужим суждениям и не стали здесь осматриваться. Они последовали за Морионом в комнату напротив, где находилась двухэтажная библиотека. Она была просторной с двумя бамбуковыми дверьми, одна из которых вела в коридор, а вторая – во двор.
– Это очень странно. – Сетх прошелся по комнате, глядя на иллюзорный второй этаж, который с каждого угла выглядел как настоящий.
– Довольно просто, если ты умен. – Морион взмахнул рукой, и из его рукава вылетел крохотный меч. Он быстро достиг реальных размеров, поднялся ко второму этажу и разрубил иллюзию, обрушив четверть зеркал на пол. За ними показался деревянный потолок. – Хозяин этого дома скорее ученый, нежели колдун. Он создает оптические иллюзии. – Меч вернулся к Мориону, и тот развернулся, чтобы выйти. – Даже интересно, что еще здесь есть.
– Мда… – хмуро протянул Сетх. – Только его забавляет происходящее?
– С одной стороны, хорошо, что нет магии, но с другой, – мы совершенно бессильны, – столь же хмуро добавил Абрам.
Заклинатели имели право вмешиваться только в дела, связанные с магией, а разрешение остальных проблем ложилось на плечи смертных, избранных другими смертными в качестве защитников.
