В воспоминаниях прошлых лет Люциан уходит в собственную душу, где он переживает каждый новый сон как Элеонора. На этот раз его сопровождает темный принц — друг и противник Элеоноры. Здесь воздух тяжел и мрачен, а каждое движение завораживает своей загадочностью.
Та тварь за ночь поглотила пять сотен душ. Заклинатели пытались схватить демоницу, но так и не смогли выйти на ее след.
Морион вопросительно вскинул брови. Он явно не понимал, о какой деревне шла речь, но и спрашивать не стал.
– Вы убили демона? – строго спросил Эриас. – Или он еще жив?
– Убил.
Эриас перевел взгляд на Люциана.
– Он рассеял его, когда выбрался из твоего сна?
Люциан покачал головой.
– Тогда как уважаемый бессмертный убил демона? – снова обратился Эриас к Мориону.
– Воспользовался божественным оружием, – ответил тот, показав серебряный нож.
– Твой меч способен менять форму? – уточнил Люциан.
– Угу.
Владыка Луны задумался. В чужих словах была доля истины. Божественное оружие оставалось с хозяином даже в мире грез, но почему тогда Морион не воспользовался им сразу? Когда гости на свадьбе окружили его, например? Почему он сперва дождался помощи от Люциана? Почему, вместо того чтобы позволить ему все уладить, вытолкнул из мира снов? Что-то здесь не сходилось, но Люций не захотел выяснять – что.
– Божественным оружием точно можно убить демона, не выходя из сна? – уточнил Эриас у своего владыки.
– Однозначно.
Страж недоверчиво сузил глаза. Ему не нравилось, что причин подозревать Мориона становилось все меньше.
– А что за печать на полу? – поинтересовался Абрам, который уже не первую минуту разглядывал доски, исписанные киноварью.
– Хм… – задумчиво протянул Морион, будто пытался придумать разумное объяснение. – Это печать для контроля видений во время столкновения с демоном снов.
– Разумеется, не желаем, – отозвался Абрам. – Сколько лет ушло на разработку такой мощной печати?
– Не так много, как вы себе надумали.
Абрам восхищенно ахнул. Из всего отряда заклинателей он больше остальных интересовался рунической росписью и поэтому в подобного рода заклятиях хорошо разбирался.
– Значит, уважаемый бессмертный учуял демона, начертил печать, проник в сон моего владыки и уничтожил темную тварь? – подытожил Абрам, проводя пальцем по краю рунического рисунка.
– Да.
Абрам перевел на Мориона серые глаза.
