Автор
В бесконечном мире Японии осени цивилизация двигается словно гигантская пчела, собирая материалы для станций как будто не торопясь. Без угля или ископаемых - всё налажено так, что поломка не страшна, а ресурсы технологий расходуются медлено, как листья под солнцем. В этом мире все делается спокойно и планомерно, без rush — строительная бригада соберется, корабль запустится, и всё будет готово к следующей задаче почти автоматически....
Однако учёные и металлурги, занятые на производстве, обещали, что из получившейся стали сделают какой-то там конвертер и переработают кучи свинца, которые копились на их участке. Правда, теперь им требовалась известь, но её-то как раз хватало на юге. Непонятно было лишь одно: кто её будет доставлять?!
Вот у нашей группы всё было ясно и понятно! У нас территория была прямо-таки завалена шкурами разной степени выделки и мясом разной степени готовности. И на выходе всё должно было быть уже пригодным к использованию.
"Взаимодействие с двумя факториями удалось более или менее отладить. На востоке добывалась соль и на плотах спускалась по реке. А на западе добывалось мясо и шкуры, которые там же частично обрабатывали и отправляли в Алтарное, где этот процесс завершался.
Проблема была только в производстве кожи. Процесс дубления оказался сильно вонюч, поэтому пришлось дубильные чаны выносить за пределы города. Иначе соседи жаловались на исходящие от нашей группы миазмы.
Город — вообще штука вонючая. И я не понимал только одного: почему никто не жалуется на запахи человеческих экскрементов, которые витали над Алтарным? Своё не пахнет, что ли? Я пока до мэрии шёл, пару раз чуть не вывалил свой завтрак обратно.
— Как можно жить в такой вонище? — спросил я, едва ввалившись под навес, где Кукушкин собрал всех своих «силовиков».
— Привыкаешь к ней со временем… — глубокомысленно заметил Пустырник. — А что ещё делать?
— Ну, в идеале надо делать отхожие места… И не делать свои дела за их пределами… — мрачно заметил Кукушкин. — Но это в идеале. А у нас тут куча народу, которые раньше за пределы своих стойбищ почти не выбиралась.
— Стойбища следят за подобным! — возмутился Хир-Си.
— Стойбища следят, — не стал спорить Кукушкин. — Мы не следим. Считаем, что бывшим горожанам и так хватает сознательности. Зря, видимо, считаем… Вано, а Кострома будет?
— И Кострома, и Сочинец, — кивнул я. — Сейчас подойдут.
— Уже! Уже! — Кострома и Сочинец торопливо заскочили под навес, спасаясь от очередного дождевого заряда. — Всё, мы готовы…
— Ну тогда давайте начинать! — решил Кукушкин, усаживаясь за стол.
