Автор
В бесконечном мире Японии осени цивилизация двигается словно гигантская пчела, собирая материалы для станций как будто не торопясь. Без угля или ископаемых - всё налажено так, что поломка не страшна, а ресурсы технологий расходуются медлено, как листья под солнцем. В этом мире все делается спокойно и планомерно, без rush — строительная бригада соберется, корабль запустится, и всё будет готово к следующей задаче почти автоматически....
Кстати, подскажите: какой частью своего равномерно тупого тела он додумался до того, чтобы нас шантажировать?
— Это может показаться странным, господин Кукушкин, но мы надеялись, что господин Мураяма разделяет мнение Совета о том, что надо договориться с вами о мире! К сожалению, наш посол оказался сторонником войны. Хотя даже после того, как он вернулся, мы не сразу это поняли! Он настаивал, что именно ваша сторона устроила стрельбу и убила всё посольство! — господин Иендо начал частить, боясь, что его снова невежливо перебьют.
Могу его понять! Не слишком приятно, когда тебя постоянно прерывает какой-то варвар. Надо дать высказаться всем собеседникам! Это долг вежливости.
— Господин Иендо, а он вам и не врал! — вдруг, улыбнувшись, ответил белый бородач.
И это заставило нас в изумлении посмотреть на него. Надо же, сам признаётся!
А он выдержал короткую паузу и продолжил:
— Я действительно начал стрельбу первым. Но на то было две причины! И первая из них в том, что все «коллеги» вашего Муряма потянулись на переговорах к оружию!
— Он Мураяма… И хвататься за оружие не запрещено! Вы просто поддались на провокацию! — эмоционально возразил ему господин Иендо.
"— Это, может, у вас, японцев, не запрещено! — отрезал бородач в белом. — А у нас под строгим запретом! Не стоит, господин Иендо, мерить других людей своими линейками! Мы договорились прийти малым числом, сесть и поговорить. В результате я пришёл с одним спутником, а господин Муряма — с толпой людей.
— Он Мураяма… — снова попытался возразить господин Иендо, но бородач как-то понял его без переводчика:
— Он — фашист сраный! Поэтому его имя меня не интересует.
— Получается, вы готовы продолжить войну? — удивился господин Иендо. — Я думал, вы не против мира…
— Я не против мира! — белый бородач на этих словах усмехнулся. — С одним условием! Вы поднимаете свои задницы и тащите их на север, скажем, дней двадцать… А уже там организуете свои поселения.
— Боюсь, это невозможно… — с тонкой улыбкой ответил господин Иендо. — Нам вполне комфортно на нашем берегу реки. Хотелось бы, конечно, более удобного выхода к морю…
— Нет никакого вашего берега реки! — снова прервал его русский варвар. — Есть река, оба берега которой — наши.
— В таком случае вы как-то странно контролируете наш берег, господин Кукушкин! — очень резонно возразил Иендо.
