Продолжение приключений попаданца на Русско-японской войне. После завершения боя герой оказывается в центре сложных геополитических конфликтов, где сталкиваются интересы великих держав. Ему предстоит выжить в условиях морской войны и раскрыть тайны, скрывающиеся за линией горизонта.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Японская война 1904. Книга 6»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Продолжение приключений попаданца на Русско-японской войне. После завершения боя герой оказывается в центре сложных геополитических конфликтов, где сталкиваются интересы великих держав. Ему предстоит выжить в условиях морской войны и раскрыть тайны, скрывающиеся за линией горизонта.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Антон Дмитриевич Емельянов Самиздат подборки серии
Продолжение приключений попаданца на Русско-японской войне. После завершения боя герой оказывается в центре сложных геополитических конфликтов, где сталкиваются интересы великих держав. Ему предстоит выжить в условиях морской войны и раскрыть тайны, скрывающиеся за линией горизонта.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Японская война 1904. Книга 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ему нужно от 3 дней, и не было мышечных спазмов.
— Гангрена?
— Тоже нет. Нужно больше 2 часов, и были бы бледность с отеком.
— Рожа?
— Не меньше суток, и нет бляшек. Тоже не подходит.
— Понимаете? — я обвел взглядом всех слушающих нас врачей. — Вы не просто случайные люди, вы — ученые. Вы просто обязаны думать, прежде чем принимать на веру те или иные слова. И чтобы лечить людей, и чтобы, как сейчас, разбираться с последствиями.
Вроде бы у меня получилось всех немного успокоить, и под уже здоровую суету мы дальше пошли с Бурденко и Слащевым.
— Генерал, разрешите? — осторожно спросил Николай Нилович и, дождавшись моего кивка, продолжил. — Вот вы сказали, что нужно думать, но… Разве этот аппарат, из-за которого мы постоянно держим спицы внутри живого человека — он не может стать причиной какой-то заразы?
— Хотите понять для себя?
— Так точно, — Бурденко попытался ответить по-военному.
— Игорь Иванович, поможете? — я посмотрел на Слащева. — Вспомните все, что вы готовили для статьи."
"— Что ж, — доктор тоже собрался. — С этим аппаратом на самом деле все очень продумано. Толщина спицы полтора миллиметра, соответственно, повреждения плоти больного минимальны. И тут еще важно, какие это повреждения. Мы не создаем полостей с кровью, где могли бы развиться бактерии. Мы не трогаем кровоток, соответственно, не мешаем иммунной системе самого организма. Также из-за того, что раны открыты, мы всегда можем вовремя заметить, если что-то пойдет не так. Да и удобно: и гной внутри не задерживается, и антисептиками легко обрабатывать. Таким образом, условия для развития инфекции крайне неудобные. Для них!
— А еще, — добавил я, — статьи о смерти генерала вышли еще до того, как он успел преставиться. Так что хватит жалеть себя. Собрались и выяснили, что тут на самом деле произошло.
И мы выяснили. Уже через час я получил доклад, что гной в ранах французского генерала оказался от кого-то другого, а сам он умер не от инфекции, а задохнулся из-за отека горла. Почти рассосавшийся след от незапланированного укола на шее не оставлял сомнений, что это не случайность. Вот только самого убийцу мы найти не смогли, а все остальное… Мы, конечно, передадим и нашим, и французам, да даже по радио включим в трансляцию — но кто бы это ни начал, вряд ли его это остановит.
* * *Прошел всего день, и я понял, что был прав на все сто процентов.
Нас никто не собирался слушать. Виновные были назначены, и общественность Франции требовала от правительства Комба или уйти в отставку, или же наказать русских. Я вот не представлял, как одна смерть вроде бы не самого известного еще недавно человека может так сильно все изменить, но… Истерия — она такая. Еще один день, и Париж все-таки выпустил официальное заявление.
