Продолжение приключений попаданца на Русско-японской войне. После завершения боя герой оказывается в центре сложных геополитических конфликтов, где сталкиваются интересы великих держав. Ему предстоит выжить в условиях морской войны и раскрыть тайны, скрывающиеся за линией горизонта.
Похоже, «Японская война 1904. Книга 6» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сама кладка, вроде бы выделяющая вокзал среди соседних деревянных домов, неровная. Видно, что где-то кирпичи то ли гуляют, то ли их специально вынимают для каких-то своих дел… А еще на официальном здании, принадлежащем городу, можно было разглядеть немыслимые в Инкоу частные вывески. «Парикмахеръ», «Хлебная лавка №2» и «Кафе Эльзасъ», причем последние две были прибиты под углом и залезая друг на друга, словно отражение вечной войны двух выбивших такое проходное место хозяев.
— Пройдемся пешком? — предложил Славскому Буденный, вдыхая такой привычный, пропитанный мазутом воздух железной дороги. Хоть в чем-то Инкоу и Ляояон можно перепутать.
Славский кивнул, и они, крутя головами, словно впервые увидев то, что не замечали раньше, двинулись по недавно главному узлу обороны от наступающих японцев. Эхо войны тут еще явно было не забыто: стайка детей играла с гильзами, а старый китаец, пристроивший лавку прямо на углу центральной площади, правил деревянный приклад мосинки."
"— Оружие и случайному человеку? — нахмурился Славский. — Тут что, совсем за порядком не следят?
Семен кивнул, но сейчас его снова захватило изучение города. Справа стоял двухэтажный дом с лепниной — кажется, еще китайской постройки. Но с тех пор верхний этаж обвалился, и его недолго думая восстановили из дерева. А кухню и вовсе вынесли на улицу — впрочем, учитывая старика-мастера по дереву, это уже не удивляло. Удивляло, что рядом стояло здание казармы, а значит, были и нижние чины, и офицеры, которые могли бы навести порядок, но не собирались этого делать.
— Неужели и нам раньше было плевать на все, что творилось вокруг? — тихо спросил у товарища Буденный.
Теперь уже Славский молча кивнул, а потом из следующего дома за площадью донесся звук не настроенного пианино. И хриплый женский голос, начавший выводить популярную в определенных кругах «по этапу, по этапу…», тут же дополненную матом из окна напротив. Впрочем, кроме криков больше ничего и не было — кто бы ни возмутился песней, больше он ничего делать не собирался.
— А у нас рядом с центральной площадью цветник и яблоневый сад, — неожиданно сказал Славский.
— А я слышал, что генерал хочет для детей поставить макет броневика из дерева. Один в один. Или даже настоящий из тех, что сильнее всего пострадал — немного восстановим и пригоним. И детям будет веселье, и люди чтобы помнили.
— Цветы те в первый день все сорвали.
