Порт-Артур, 20 октября 1904 года. Два солдата у заполненной воском консервной банки жадно глядят на ближайшие огни в тылу. Огонек еле тлел и не давал дыма, создавая лишь слабый свет под землю. Так они могли видеть друг друга даже за много шагов от ближайшего источника освещения — часов до смены и возвращения на передовую....
Похоже, «Японская война 1904. Книга пятая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Прятали! Специально, чтобы нас достать, прятали, а разведка прозевала!
— Может, сразу на нее нацелить кого?
— После этой. Будем метаться — только артиллеристов собьем и никого вообще не достанем! — ответил Лисин, а потом, проследив за следами попаданий в японском тылу, снова закричал в трубку. — Квадрат 29! Недолет! Повторяю, недолет! 40 метров вперед!
И снова разрыв совсем рядом. Это уже другая батарея, и они выцеливают соседний аэростат. Там командир не выдержал, попытался перевести огонь на ближайшего врага, и, словно наказывая его за торопливость, новый разрыв обрушился прямо на шар.
— Ярко ушли! — Лисин на мгновение прикрыл глаза, но через мгновение уже снова орал на землю.
В итоге они добили вторую батарею, потом поразили гаубицу, что работала прямо по ним. Холод, который утром пробирал до костей, сейчас уже перестал ощущаться.
— Восемьсот! — крикнул он Лисину, чтобы тот внес корректировку на дальномере.
— Принято, — ответил тот, а потом чуть задумчиво добавил. — А это не по нашу душу, как думаешь?"
"Боресков свесился и увидел, как около роты японцев двинулись вперед, несмотря на продолжающийся обстрел.
— Вижу что-то за спинами. Думаю, ручные мортиры — значит, точно за нами!
— Рота идет к нам, — Лисин вызвал землю.
Не успел он закончить, как японцы побежали. Их накрыли сразу с нескольких батарей, но этот отряд вел кто-то опытный. Он умело проложил маршрут между сопок, прикрываясь от картечи, но даже так — их все равно должны были перехватить. Полковник Мелехов оставил рядом несколько рот прикрытия как раз на такой случай.
— Это не мортиры! Ракеты! — только и крикнул Лисин, и аэростат закачало от воздушных волн.
Боресков вцепился в перила кабины, не очень уверенно, но повезло. Мокрые перчатки за считанные мгновения примерзли к деревянным поручням и помогли удержаться. Вот только взрывы продолжали греметь. Триста метров от них, четыреста, снова сотня.
