Малоизвестная история наземной кампании Русско-японской войны 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, делают первые шаги в военной карьере. Книга раскрывает неизученные героические страницы войны и судьбы людей, чьи решения повлияли на историю России.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Японская война 1904. Книга пятая»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Малоизвестная история наземной кампании Русско-японской войны 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, делают первые шаги в военной карьере. Книга раскрывает неизученные героические страницы войны и судьбы людей, чьи решения повлияли на историю России.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Малоизвестная история наземной кампании Русско-японской войны 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, делают первые шаги в военной карьере. Книга раскрывает неизученные героические страницы войны и судьбы людей, чьи решения повлияли на историю России.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Японская война 1904. Книга пятая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вот один из транспортов, пытаясь выйти из бухты, не справился с управлением и протаранил соседа. Хруст стали через мгновение сменился полным боли и ужаса людским криком. Два корабля сминали друг друга, а вместе с ними погибали сотни зажатых в тесных переборках солдат и гражданских, что попытались уйти вместе с ними.
— Это страшнее, чем война, — сглотнул Огинский, а его лицо болезненно исказилось.
— Это страшно, но война все же хуже, — не согласился Мелехов. — И главное, как эти ужасы доказывают вашу правоту?
— А вы представьте, что было бы, если бы мы продолжили атаковать! Если японцы и так гробят себя тысячами, то что было бы под нашим огнем? Что бы увидели солдаты, когда прижали бы врага к морю, идя последние метры по ковру из еще шевелящихся тел? Что стало бы с их душами?
— Так вы про это, — Мелехов только рукой махнул. — Может, стоит оставить подобное тем, кому и положено эти заниматься? Недаром в каждом полку есть передвижная церковь и священник.
— А я, пожалуй, соглашусь, это не только их дело, — заговорил молчавший до этого Шереметев.
— Скажете, что и сражаться теперь вовсе не надо?
— Надо. И приказ царя выполнять надо, — Степан Сергеевич говорил и словно сам пытался найти ответ. — Получается, мы не могли не остановиться, но зло ли это? Я вот вижу, что наша армия, не ввязавшись в эту бойню, смогла остаться армией, а не палачом. Я сам не видел, но отец рассказывал про польское восстание. Наша армия под рукой Паскевича вымотала и разбила мятежников, пощадив сдавшихся заговорщиков, а местные части потом устроили бойню. Так вот наши после этого остались солдатами, а поляки… Отец говорил, что видел тех солдат и офицеров, и в них словно что-то надломилось."
"Посттравматический стрессовый синдром — я тут же поставил свой диагноз. В этом времени еще никто не считает, что ужасы войны могут стать причиной настоящей болезни, но я-то из будущего и не сомневаюсь, что это правда. И тогда… Не потерял бы я на самом деле армию, доведя до конца эту бойню?.. Если честно, я все равно предпочел бы добить японцев, но с другой стороны… В чем-то Огинский и Шереметев правы: в этой ситуации были не только минусы, но и плюсы.
Солдаты, которые не стали палачами. Солдаты, которые гордились, что могут позволить себе быть милосердными. Солдаты, которые заново открывали для себя, что такое быть частью русской армии. И это тоже было очень важно!
Глава 9
На второй день перемирия мы подъехали к Порт-Артуру.
