Крик Сымы и страх Веры на фоне битвы за фанзу свидетельствуют о безжалостности Японской войны 1904 года. Улицы в дрожащем морозе переполнены воинами, каждое движение — шаг к неизвестности и смерти. Вера и Сымяк набирают решимость, отказываясь оставаться безучастными при столь тревожной трагедии....
Похоже, «Японская война 1904. Книга третья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я считаю за честь победить и встретить как можно больше своих солдат живыми!
Мы несколько минут мерились взглядами, а потом разошлись. Первый раунд переговоров не очень задался, о чем прямо-таки трубил яростный взгляд Витте, оценившего нашу беседу со стороны. Ко мне же сразу вернулась Казуэ и тут же заняла свое место по правую руку.
— Вячеслав Григорьевич, мне понадобится ваша помощь, — тихо выдохнула она.
— Еще отвлечь французов?
— Нет… В нашей операции мне должен был, скажем так, ассистировать Сайго, но его задержала на входе охрана французов.
— Задержали солдата русской армии? — я поднял правую бровь.
— На территории Франции, которой временно является это поместье. Впрочем, это неважно — у нас не так много времени, а мне необходим второй человек, чтобы выбраться на крышу и вернуться.
— Нет, — я покачал головой.
— Боитесь? Или считаете это уроном своей чести? Раньше вас такие мелочи не останавливали.
— Не стоит давить. Лучше подумайте: вашего брата задержали, о чем это говорит?
— Он работает на вашу разведку — официально, естественно.
— Видите, — я кивнул чуть в сторону, — это поручик Сенцов, он тоже работает на разведку и лично на полковника Ванновского, но его никто не тронул. Еще раз, почему задержали именно вашего брата?
— Именно его в чем-то подозревают. И тогда, получается, меня тоже.
— Именно. Значит, от нас ждут глупости, нас провоцируют на нее. Теперь мне становится понятно, почему Пикар пытался вывести меня из себя.
— Они хотят, чтобы именно вы попались на горячем, но… Все это было бы возможно, только если бы они знали, что мы задумали. Так тонко работать наугад никак бы не получилось.
— Вот и займитесь утечками, когда мы закончим. А сейчас мне надо вытащить своего человека… — я уверенно двинулся вперед в сторону Пикара и Думерга.
Вот только с каждым шагом я все увереннее чувствовал, что те ждут… Пусть я и не сделал явных глупостей, но даже так: они считали, что выигрывают.
— Ваше превосходительство, — на следующем шаге меня перехватил поручик Огинский. — Я ведь правильно понимаю, что на входе задержали брата вашей спутницы, и вы идете к нашим гостям с просьбой, чтобы его освободили?
— Не просьбой.
— Извините, но сейчас вы не официальное лицо, вы — гость. И вы просите не от лица офицера и не за своего солдата, а за брата своей сопровождающей. Так что это именно просьба.
