Война развернулась между Японией и Россией на критической линии Квантунского полуострова. Четко отмеченные контуры боевых стратегий Ясуката Оку изображают смелость и решимость японской армии в ходе операции Цзиньчжоу, которая ставила под угрозу долгие месяцы блокады. Взаимодействие между морским флотом Японии и сухопутными силами создает напряженную атмосферу ожидания, когда любой шаг может определять исход войны....
Похоже, «Японская война 1904. Книга вторая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И откуда только вся эта брезгливость вылезла? Лично у меня не было никаких предубеждений перед жандармами или разведкой… Может быть, подарок от настоящего Макарова? Или… уж слишком глубоко запали в душу те слова Казуэ, что она не была настоящей заказчицей нападения на Буденного. Но кто тогда?
* * *Сайго проклинал себя, что поддался на уговоры эсерки. Сейчас, когда прошло время, он понимал, что в тот момент его просто использовали. Загнали в цейтнот, заставили принимать решение здесь и сейчас, не дали ни мгновения подумать о последствиях.
В тот момент это казалось таким простым. Не надо никого убивать лично, не надо рисковать — просто отправляешь вперед китайцев, чтобы те вместе с другим отрядом, завербованным уже лично Верой, зажали казачьего хорунжего.
И Сайго ничего не мог сделать. Разве что…
— Ты! Змея! — пробравшись в госпиталь и убедившись, что рядом никого нет, он выскочил из теней и ухватил так подставившую его девушку за горло.
— Неудачник, — прохрипела эсерка, и в ее глазах не мелькнуло и тени страха. Фанатичка!
— Из-за тебя ничего не вышло, из-за тебя мою сестру теперь запытают в царских подвалах!
— Слишком большая честь для уличной девки, — рассмеялась эсерка, стоило хоть немного ослабить хватку на ее горле. — Разговорят в обычной камере, а потом бросят умирать почти домой. На Сахалин.
И она снова зашлась смехом, словно сумасшедшая.
— Вытащи ее! Пусть твои помощники-бомбисты нападут на жандармов!
— Это возможно, — взгляд девушки разом стал серьезнее.
— Убью его. Сам.
— Как только Макаров умрет, я все сделаю. Твоя сестра вернет себе свободу, а ты сохранишь честь, о которой так печешься.
— Ненавижу тебя, — честно признался Сайго. — Ненавижу, что попал в твои сети.
— Мне плевать на твои чувства, — девушка поправила платье, даже не глядя на японца. — Сделай, что должен, и я выполню свою часть сделки.
