Санкт-Петербург, пятница, 9 февраля. Взрослые мужики собираются для игр в реконструкцию сражений по правилам «Подземелий и Драконов». Время течёт, а они продолжают игру как в прошлое, так и в будущее — где победит тот, кто убил предыдущего. Начало новой эры войн: Японская война 1904 года....
Похоже, «Японская война. 1904» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И то нужно оставлять клапан… Но во всех остальных случаях такой подход только гарантированно приведет к сепсису, и ничему больше.
– Что ж, я вас услышал, и после завершения войны вы можете придерживаться любой теории, какой хотите, но в моем полку будем делать повязки по Пирогову. Никакого запечатывания, а еще…"
"В этот момент я закончил разматывать бинт. Почти два метра, и марлевые повязки с ватой лежали внутри него – то есть, чтобы на поле боя до них добраться, надо будет сначала все раскрутить, а потом еще и постараться не уронить… Тот еще подвиг под выстрелами или если ты истекаешь кровью.
Доктор попытался возмутиться, но в этот момент поезд резко затормозил… Штабс-капитан тут же подбежал к окну, что-то разглядывая, а потом разом прыгнул обратно и метнулся к козлам, где стояли наши винтовки.
– Ловите, Вячеслав Григорьевич, – кинул он мне мосинку, и в этот момент по стенкам вагона застучали пули.
– Хунхузы! Часть дороги разобрали! – долетел с улицы чей-то крик, а мои руки неожиданно твердо сжали деревянный приклад.
Словно и тысячи раз до этого, я поднял ствол, ловя баланс и проверяя линию прицела. И ведь никогда особо не увлекался огнестрелом, но откуда-то изнутри пришло понимание, что винтовка хорошая. Пуля крупная, внутри бездымный порох, которого положено гораздо больше, чем в современном оружии, так что попасть в цель будет совсем не сложно. Возможно, раз-другой промажу, пока пристреливаюсь, но потом…
Я тряхнул головой, прогоняя наваждение, и в этот момент крики снаружи сменились дружным ура.
– Сейчас-сейчас, – один из фельдшеров первым пришел в себя и бросился к раненому, разрывая перевязочный пакет и пытаясь силой запихнуть в рану сразу все, что там было.
Тампонирование. Очень даже разумно.
– Бесполезно, – Шевелев безучастно посмотрел вниз, даже не пытаясь ничего сделать. Сразу понятно – шок. Не тот, когда ты чем-то удивлен, а когда организм попадает в стрессовые условия и врубает и вырубает все что только можно, чтобы выжить.
