Автор
В Ярар IX. Войне каждый герой прячется под маской благородства, пока враги раскрывают их истинные лица. Опасность грозит стране со всех сторон, и главный герой должен собрать команду из самых необычных союзников для выигрыша битвы за наследство.
— Мать имеет право на счастье, — и сделав небольшую пазу добавил: — Жаль только, что при этом она лишила его Инессу.
— Мы уже с вами обсуждали этот вопрос, — с порицательными нотками сказала Инесса. — И я ещё раз повторяю, что не хочу, чтобы вы обсуждали эту тему, тем более при мне.
Брат пожал плечами, после чего спросил.
— Вернёмся на бал? Судя по музыке, там до сих пор идёт праздник.
Я посмотрел на Ланель, и поняв, что она тоже не против, ответил согласием.
Наше возвращение не осталось незамеченным и некоторые танцующие пары даже сбились с ритма, смотря в нашу сторону.
Сев за стол и делая вид, что ничего особенного не произошло, на своё место вернулся Меньшиков. По его взгляду я понял, что он ищет в зале Эмери. И когда я начал придумывать отговорку почему её с нами нет, Тимофей обратился к Меньшикову.
— Вы, наверное, ищете нашу мать? — спросил он.
— Да, юный Тьер, так и есть, — ответил он. — Всё ли у неё хорошо?"
"— Разумеется, — ответил брат, и сделав паузу прищурившись произнёс: — Светлейший князь…
— Ооо, прошу, давайте обойдёмся без этого официоза.
— Хорошо, Виктор, — с улыбкой ответ брат. — Скажите, я могу рассчитывать на то, что, если скажу вам одну важную информацию, это не станет достоянием общественности?
Меньшиков кивнул, и по его взгляду я видел, что его забавляет эта ситуация, однако я не думал, что брат осмелится произнести следующие слова.
— Через два года Эмери Де Тьер выйдет замуж за Анри Ля Фисто, после чего граф станет князем-консортом и сменит фамилию.
Я чуть не подавился вином, когда услышал это. И услышав кашель Ланель и Инессы я понял, что они тоже не ожидали такое услышать.
Меньшиков сразу нахмурился.
— Хм… А как же Совет рода? Он разрешит мезальянс? — спросил он.
— Как Вы правильно заметили, Виктор, я через пару лет стану главой рода. И именно моё слово будет решающим. К тому же, если Ля Фисто войдёт в род, никакого мезальянса здесь не будет.
Некоторое время все переваривали информацию. И когда Меньшиков, вспомнив о срочных делах, ушёл, я спросил у Тимофея.
— И давно ты принял такое решение?
— Сегодня, — ответил брат. — Когда он доказал, что не опозорит род Тьер.
Мне оставалось лишь кивнуть.
— Может потанцуем? — вдруг спросила меня Ланель, и чуть тише добавила. — На нас все смотрят. Только что наш вассал убил князя Румянцева. Нужно показать всем, что нас это никак не задело.
