В тот день у меня произошёл первый сердечный приступ. Когда я пришёл в себя, я выпорол этого столетнего мужчину на конюшне. И с каждым ударом я выпускал всю боль, что у меня накопилась за эти полгода. И не смотри на меня так, — сказал строгим тоном Эдвард, — вырастишь своих детей, поймёшь. Или лучше доживи моих лет! — из его уст это прозвучало словно проклятие. — Думаешь Талк не мог меня послать куда подальше? Или уйти? Нет, он понимал, что я зол. Очень зол. Потом вызванный целитель исцелил его, и мы напились. Сильно напились! В итоге утром нам пришлось снова вызывать целителя. Я к чему вообще затеял этот разговор. После второго раза я дал себе зарок, что пока я ЛИЧНО не увижу тело моего сына, в его смерть не поверю. Такие люди, как он, не погибают просто так.
— Спасибо за эту историю, глава рода Дель, — не стал я переубеждать барона Дель, что в этот раз Талк не вернётся.
Он кивнул на мои слова. И тяжело вздохнув, отвернулся в сторону окна. Хоть он и не верил в гибель сына, но мне показалось, что на его лице отражалась тревога. В тот момент я поймал себя на мысли, что как человек он нравится мне. Было одно слово, которое полностью характеризовало его — НАДЕЖНОСТЬ. Именно это я чувствовал, находясь рядом с ним.
— Хорошо, закончим с сантиментами, и перейдём к делу. Мой сын рассказывал о тебе. Я в курсе, что он отправился в Славянскую империю по просьбе Элин, а потом поехал рассказать вам про результаты своей работы. Также мне известно, что он принял решение остаться на Африканском континенте, как я понял, ты смог каким-то образом оплатить его услуги. Я прав?
— Да, барон, — ответил я. Я стал убеждаться, что Эдвард читает эмоции по мимике лица. Он очень внимательно следил за мной.
— Хорошо. Ты был рабом, и благодаря тебе на свет появился мой внук. Сын Саида и Элин. Я очень признателен тебе за оказанную помощь. Но не это меня интересует больше всего. Почему мой сын в последнем письме просил принять тебя как родного? — добродушным голосом сказал он. Но вот глаза! Глаза выдавали в нём хищника, приготовившегося к прыжку. Я не читал письмо полностью, и не знал, что в нём написал Талк, поэтому не мог проанализировать ситуацию полностью.
— Я не смогу ответить на этот вопрос. Мы не были с Вашим сыном друзьями. И рядом с ним у меня всегда возникало ощущение, что люди для него инструменты. Одним словом — интриган.
— Кхахх-ха-ха, — пронзительно засмеялся Ка Дель. — Как ты верно описал моего сына! Никто, — махнул он рукой в сторону двери, — не говорил мне так о Талке. Но он разведчик! Как и я. Бывших не бывает. И манера мышления на такой работе меняется. Но мне пришлось отойти от дел после того как мой отец погиб и мне нужно было принимать дела рода. Кстати, у тебя есть задатки стать хорошим шпионом.