Второй том драматичной истории "Ярар X. Война" ведет читателей по лестнице непредсказуемых событий, где каждый новый главный отрезок открывает новые тайны и персонажи. Словно шагая через глубину смертельной битвы, атмосфера становится всё более напряженной и мрачной, подчеркивая жестокость и ужас войны....
У меня с собой по меньшей мере семь килограмм заряженного накопителя. И у Макарова примерно столько же. И, разумеется, мы не собирались сидеть под щитом и ждать пока энергия закончится.
В этот момент в воздухе засвистели снаряды, которые с грохотом, сопровождающимся яркими белыми вспышками, начали взрываться рядом с архимагами.
Следующий залп магометов полностью отклонил воздушный архимагистр. Однако огненные архимаги дезактивировали заклинание. В нашу сторону полетели огненные копья, а земля под нами стала нагреваться.
— Цельсий, — произнёс я, не давая врагу нас поджарить. Когда пар развеялся, я увидел, что магистры вместе с воздушником пошли в сторону, где находились магомёты.
Однако я знал, что рядом с расчётами орудий стояла моя гвардия, энергетики и паладины. И магистрам придётся очень сложно, чтобы обойти их. Боковым зрением я заметил, что навстречу вампирам побежали энергетики. Но больше за ходом их боя я не следил.
— Расходимся, — произнёс Макаров. Двум архимагам было куда проще сражаться с нами, когда мы находились все в одном месте.
— Исцеление — Исцеление — Исцеление, — атаковал я вампира. В этот момент Сусанин создал снежный вихрь перекрывая обзор магу. От действий Сусанина я скривился. — Вампиры хищники. Они отлично видят тепловой след.
Собственно, стоило мне это сказать, как в место, где стоял Сусанин, с двух сторон ударили огненные ладони, которые зажали его в клещи.
— Цельсий — ледяная тюрьма, — первым лучом, я остановил действие вражеского заклинания, от которого щит напарника пошёл трещинами.
Он двигался очень быстро. И более внимательно приглядевшись к нему я понял, что он использует огненную стихию для ускорения. Приземлившись и погасив энерцию от очередного заклинания, он создал сотни огненных копий, и я уже приготовился их отражать клинком, а часть принять на щит, как в последний момент он отклонил их, целясь в Сусанина.
Не знаю, как мне это удалось, но я успел создать щит.
— Будь внимательнее! — воскликнул я.
Однако Сусанин находился словно в прострации. Он начал смотреть на свои руки, из-за чего я подумал, что в момент атаки тот распрощался со своей жизнью. Но ошибся…
Когда я подбежал к Сусанину не сразу обратил внимание, что его взгляд затуманен.
